23:08 

ЕЩЕ РАЗ СПАСИБО ЛОВЧЕМУ

Цадкиэль
Цифровая душа
И последняя часть



МУЧЕНИЧЕСКИЕ СТИГМАТЫ

URL
Комментарии
2010-07-19 в 23:10 

Цадкиэль
Цифровая душа
МУЧЕНИЧЕСКИЕ СТИГМАТЫ

Демоны многочисленны и разнообразны,
и по форме, и по типу тела,
так что и воздух, который над нами,
и воздух, который вокруг нас, полны демонов;
полна ими и земля, и море;
и места тайные и глубокие.

Михаил Пселл



Говорят, изгнанием дьявола может заниматься только священник, получивший на это специальное благословение. Андрей думал, что для экзорцизма нужен только талант. И, может, кто-то считал его еретиком и сектантом, но сам он полагал себя орудием в руках Божьих. И до сих пор он не знал поражений.
Экзорцист носил исключительно черную одежду и маленькие круглые очки, в которых казался себе похожим на Джона Леннона. Его сумка из черной кожи была исписана изнутри словами молитв и заклинаний. В ней лежал нож с ручкой в форме распятия, вырезанной из кости, святая вода и четверговая соль, свитки с заклинаниями, бубенцы из бронзы, колокольчики из железа, чеснок и прочие орудия ремесла экзорциста. Заклинания были на пузырьках и ладанках, на подкладке одежды, на рукоятях и чехлах и даже на стельках его ботинок.
Андрей скрупулезно и неторопливо составлял карту мест, где случаи одержимости были наиболее частыми. Его исследования указывали на то, что одержимость – лишь одно из свидетельств агрессии тьмы. По прошествии некоторого времени, он понял, что эта карта существует не только в реальном, физическом измерении. Мир снов и фантазий также оказался поражен. Карта опутывала мир паутиной проводов. Паутиной грешных on-line игр, грязных массивов информации, библиотек, содержащих порочные тома. Узлами этой сети были точки входа в Инферно.
Экзорцист понимал, что не в его силах изгнать всех демонов, он брал на себя только самые опасные случаи. Почти незаметную, но заразную одержимость. Он подвергал обрядам исключительно тех, кого могли бы не заметить прочие экзорцисты - церковники и любители.
Ночами он беспокойно и некрепко спал, и Карта уточнялась в его сознании, обрастала новыми подробностями и деталями. Он физически ощущал места скопления зла.
Такие сны – обыденность экзорциста, если только он получил свой дар свыше. Карта приближалась, обретая подвижность и жизнь. Улицы пульсировали и ветвились, как нейроны воспаленного мозга. В закоулках таились призраки, подыскивающие себе подходящие тела. Грешные, омерзительные тела молодых грешниц и грешников. Но экзорцист знал, как спасти их, как уберечь от вторжения злокозненных сил.
Карта развертывалась. Тонкие ручейки темной информации текли среди белых благословенных земель. Они были, как дорожки, протоптанные ядовитыми муравьями, как склизкие следы червей, как тонкая паутина трещин, покрывшая старый сосуд.
Утром Андрей обнаруживал подтверждения своим догадкам. Он узнавал детали, виденные во сне. То были мелочи в глазах обычного человека: забытые на скамейках газеты с кричащими заголовками, стрелки, нарисованные мелом на асфальте, названия на обложках дисков с видеоиграми и надписи на стенах. Некоторые люди на улицах казались Андрею знакомыми. Они мелькали, как точки на мистической карте города.
Он задавал Интернет-поисковикам одному ему ведомые ключевые слова и фразы. Вводил хакерские коды и не пренебрегал программами для взлома. Это давало возможность исследовать Изнанку Карты, проникнуть в самые сокровенные директории. Даже туда, где информация существовала в особом, чистом виде, не прикрытая ни Словом, ни Числом.
Способность подбирать ключевые слова, верные пароли для доступа и подходящие ссылки была даром свыше. Даром, которого не имел никто, кроме Андрея.
Знание обеих сторон Карты позволяло многое предвидеть наперед и тщательно планировать свои действия.
Андрей искал места наибольшей концентрации греха. Обычно это были бары, ночные клубы и казино. Он выбирал только те объекты, рядом с которыми находились надежные убежища: заброшенные стройки, сараи, глубокие подвалы с хорошей звукоизоляцией.
Экзорцист не называл это охотой, но процедурой.


***

Когда Илья открыл глаза, еще не рассвело. За окном стояла ледяная непроглядная тьма, так темно бывает только перед рассветом.
До работы была пара часов. Будильник перестал дребезжать, стоило тронуть кнопку, но еще несколько секунд в голове звенело. Хотя очень уж подозрительным был этот звонок. Будто телефон дребезжит прямо в подъезде, чей-то старый городской аппарат, выставленный прямо на площадку. Илья отогнал от себя навязчивые мысли. Но в голову все равно лез тот самый аппарат, который он оставил на подоконнике первого этажа.
Илья почистил зубы, натянул домашнюю одежду, сунул ноги в высокие черные ботинки, но зашнуровывать их не стал. Он собрался за почтой. Если кто-то еще пишет Валентине Петровне, нужно ответить им. Написать, что она умерла.
Он вышел в подъезд. Свет мигнул несколько раз, с периодичностью в секунду.
Нет.
Не правда.
Это снова Димок что-то чинит. Конечно. Илья покосился на дверь ненавистного соседа. Сперва вода, теперь электричество. Дыру в стене ванной заделали только позавчера. До того она была настолько большой, что при желании Илья мог бы с Димком за руку здороваться через нее. Но желания такого не возникало.
Он больше не думал о всякой чертовщине, хоть лампочка время от времени меркла, а потом разгоралась снова. Подъезд то погружался в полумрак, то заливался слишком ярким светом. Но Илья улыбнулся про себя и перестал обращать на это внимание. Не спеша закрыл дверь на ключ, повернулся к лестнице.
Между этажами было широкое, глубоко утопленное в стене окно. На подоконнике обычно спали кошки.
Теперь там спал подросток лет тринадцати-четырнадцати, свернувшись калачиком и кутаясь от холода в истрепанную легкую курточку.
Илья спустился на один пролет и остановился рядом. Мальчишка сладко сопел, так, что его даже жалко было будить. Но Илья подумал, что оконная рама старая и растрескавшаяся, и мальчишке дует в спину.
-Эй, - строго произнес Илья. – Ты что это здесь спишь?
Мальчик встрепенулся, резко сел и уставился на Илью огромными синими глазищами:
-Ой, извините. Пригрелся, - сказал он и виновато улыбнулся. – Я сейчас уйду, - его голос звучал сипло. Мальчик откашлялся и попросил. – Пожалуйста, вы не могли бы вынести мне водички в банке какой-нибудь ненужной или в пластиковой бутылке?
Илья еще приблизился. От мальчишки не пахло алкоголем. Вообще он был довольно чистенький и походил на ребенка, который совсем недавно убежал из дома.
-Не хватало еще человеку в ненужной банке воду подавать, - мрачно покачал головой Илья. – Пошли, из чашки попьешь.
Мальчик снова улыбнулся, несмело и благодарно. Лицо беспризорника было отмечено печатью глубокого страдания. Его красота была, как клеймо, как печать проклятого. Изысканная, трагическая красота существа, предназначенного в жертву.
-Пошли, не бойся, - поманил его Илья и стал подниматься по лестнице. Электрический свет окрасил все вокруг в оттенки желтого. От пергамента до карамели. Все темные предметы стали густо-коричневыми.
-Да! – мальчишка соскочил с подоконника, подхватил свой рюкзак и пошел следом. Окунаясь в свет, погружаясь во тьму.
У Тиша сердце колотилось и здорово кружилась голова. Его простуда прошла, Великий Эликсир излечивал такие мелочи за несколько часов, но во время таких исцелений в организме что-то происходило. Тишу после этого всегда очень сильно хотелось пить и есть.
Теперь мальчик поднимался по ступенькам, стараясь идти решительно и даже чуть-чуть улыбаться. Он побаивался этого хмурого парня. Тот был красивый до чертей, хоть и одет, как фашист.
Хозяин впустил Тихоню в свою квартиру. Чувствовалось, что живет он один, хоть все было очень чистенько. Просто обставлен дом благодетеля был так, что сразу становилось ясно – женщина не приложила к этому руку. Тиш вертел головой и принюхивался, улавливая приятные запахи старой квартиры. Его обостренные чувства позволяли предположить, что квартиру недавно залило - еще не выветрилось дыхание отсыревшего кирпича и бетона, подмокшего дерева и тканей.
-Разувайся, куртку бросай здесь, пошли на кухню, - сказал хозяин небрежно. Он был неотразим. – Я тебе тапочки дам, а то пол холодный.
Паразиты душ волновались в теле Тиша, но это было приятное волнение. Похоже, какой-то высший волновой организм нашел себе подходящего носителя. У Тихони внутри был настоящий праздник. Мальчик присел, взялся за шнурки.
-Можно я руки помою?
-Конечно! Я пошел ставить чайник, - хозяин удалился. Желание мальчика помыть руки его просто очаровало. Уже из кухни он крикнул, – меня зовут Илья. А тебя?
-Тиш.
-Как?
Тихоня показался на пороге. Как-то неловко он себя чувствовал. Его никто так не принимал вообще никогда. Сейчас он был как будто по-настоящему в гостях.
-Тихон, но меня все называют Тихоня или Тиш. Мне мое имя не нравится. Лучше Тиш, ага? – он топтался в дверях и тихо сопел от смущения. – Ну, или Тихоня.
Мебель на кухне была старая, а на стене висели часы с кукушкой. Вообще-то такая обстановка совершенно не шла Илье. Тиш не мог бы представить себе такого парня, заваривающим чай на кухне, оклеенной старыми желтыми обоями, среди запахов дерева, моющих средств и варенья. Ему бы больше пошел бункер или какой-нибудь оружейный склад.
-Ага. Отличное имя, - Илья коротко обернулся и кивнул. – Садись за стол, будем завтракать. Колбасу любишь?
-Я все люблю, - ответил Тиш, пробираясь в уголок под часами.
-Тебе нет цены. Кулинар я никакой, если честно, - Илья торопливо выставлял на стол все, что нашлось в холодильнике. – Ты, небось, из дома сбежал, да? – небрежно поинтересовался он.
-Ага, - и Тиш повторил свою коронную фразу, которую говорил уже несколько десятков раз. – Но это было давно. Меня уже никто не ищет.

URL
2010-07-19 в 23:11 

Цадкиэль
Цифровая душа
Этот Илья был чертовский красивый. Эдакий киношный фриц во всем своем великолепии. И в каждом движении спокойная и абсолютная уверенность в себе. В данный момент на нем были длинные черные шорты и узкая майка с высоким горлом и без рукавов. Тишь впервые в жизни пожалел, что никогда не вырастет. Он бы все на свете отдал, чтобы стать таким, как Илья.
-Ладно. Можешь отсидеться у меня денек. Переждать бурю, - он улыбнулся спокойно и мудро.
И мальчик улыбнулся осторожно, отводя взгляд. Очень скромно улыбнулся, но постарался при этом продемонстрировать и ямочки на щеках, и ровные белые зубки. Все прочее в нем было теперь не слишком привлекательно, он сам это знал. Лицо заострилось, глаза запали, вокруг них пролегли отчетливые тени усталости.
Но Тиш уже начисто забыл о своем желании поскорее умереть. Теперь уж он никому не дал бы убить себя. Еще чего! В данный момент его больше всего заботило, как бы отмыться как следует и поскорее отъесться, чтобы лицо снова стало гладким и красивым, и ребра перестали торчать. Илья был – само совершенство.
-Я умею мыть полы и готовить, - сообщил Тихоня, сияя счастьем. Он улыбался, искоса поглядывая на хозяина, изо всех сил стараясь понравиться. Он очень хорошо это умел. Пришлось научиться. - Я много всего умею, ты не пожалеешь. Возьми меня к себе. Ну, и в постель, конечно, я с удовольствием. Ты мне очень нравишься.
-Я этого не слышал, - он поморщился с явным и неприкрытым отвращением. Тихоня даже испугался, как бы хозяин не выставил его вон за такие недозволенные речи. Но Илья не рассердился, только сокрушенно покачал головой. – Я этого не слышал. Ты этого не говорил. И смотри, не высовывайся из дома, чтоб тебя соседи не засекли.
-Нет-нет! – Тихоня просиял и даже забыл о том, что ему необходимо сбрасывать паразитов в тела ни о чем не подозревающих граждан.
Живущие в нем существа не возражали против временного затворничества. В данный момент от Тихони требовалось только одно – подарить Илье свой информационно насыщенный поцелуй. Тишу уже казалось, что это будет чертовски трудно. Никаких признаков педофилии его благодетель не проявлял. В его взгляде читалось все, что угодно, только не это.
-Поешь, помоешься – и спать, - тем временем говорил Илья. – Только кашель мне твой не нравится, - он, как ни в чем не бывало, протянул руку через стол и потрогал лоб Тихони. – Ладно, мыться можно. Вещи свои бросишь в стиральную машину, я тебе дам длинную майку, будет вроде ночнушки.
-Ты врач, да? – спросил Тишь. Он все еще не мог опомниться от этого прикосновения.
-Я провизор. Знаешь, что это такое? – Илья самодовольно улыбнулся. – Нет? Я делаю лекарства.
-Круто, - искренне восхитился Тишь. Он первый раз в жизни видел человека, который делает лекарства. Ни в книжках, ни в кино Тихоне не встречался ни один провизор, он вообще это слово слышал впервые.
-Да, это круто, - вздохнул Илья. – Это здорово. Просто здорово. И вот именно сейчас мне нужно уходить на работу.
Илья встал, и пошел застилать для Тиша постель в кабинете. Мальчик последовал за ним. Ему хотелось, чтобы Илья был в поле зрения постоянно.
Кабинет, в отличие от кухни, полностью соответствовал облику хозяин. Тиш уже души не чаял в этой комнате. Илья деловито раскладывал диван, стоящий напротив телевизора. Вдоль свободных стен книжные полки. У окна – письменный стол, на нем - компьютер. И все это очень скоромно, без выкрутасов. Ни единой лишней вещи, не говоря уж о пыли и мусоре.
-Ложись спать, - инструктировал Илья. – Приду поздно. Трогай в доме все, что хочешь. Бери все, что понадобиться. В холодильнике есть еда, а вечером я еще принесу. Посмотри телевизор, почитай. И, упаси тебя Бог высовываться из квартиры!
-Ага.

***

Через несколько часов Тихоня уже сладко спал. Телефонная Книга Призраков, лежала в рюкзаке, а рюкзак со своими жалкими пожитками Тихоня затолкал в ящик для постельного белья. От Книги шел едва уловимый запах.
Илья постелил гостю чистую постель, которая хрустела, как бумага. Тиш был без ума от этой постели. Ему снилось, что он – завернут в хрустящую подарочную упаковку. Илья разворачивает первый слой, улыбается своей потрясающей улыбкой – холодной и пронзительной. Упаковка хрустит в его руках, и он отбрасывает вторую обертку, потом третью. Что внутри? Илья разворачивает сверток.
Внутри спрятан вовсе не маленький жалкий Тиш, размером с хомячка, как казалось мальчику в самом начале.
Конечно, какой он к черту хомячок? Он не игрушка. Он хотел быть игрушкой, но не смог. И его место здесь, именно здесь, рядом с Ильей.
Внутри свертка лежит пистолет.
Шелестит постель, накрахмаленная, твердая, как бумага, и Тихоня шепчет: «Хочешь, я буду твоим оружием? Хочешь?»

URL
2010-07-19 в 23:11 

Цадкиэль
Цифровая душа
***

Экзорцист встретил пациентку у выхода из ресторана. Внутри галдели подвыпившие студенты и грешная, пропащая молодежь.
Подвыпившая девушка лет двадцати пяти неторопливо шла по пустынной улице в сторону автобусной остановки. Андрей двигался по другой стороне дороги, давая ей возможность самостоятельно приблизиться к месту процедуры, чтобы не создавать лишнего шума. Он приглядывался к пациентке, стараясь оставаться незамеченным. Несчастная жертва темных сил. Вот и вся красота – размазанная помада и растертая по щекам тушь. И пудра, просыпавшаяся на блузку, и воспаленная плоть вокруг колечек пирсинга, и ядовитые татуировки, выполненные в подпольном салоне. Царапины, шрамы, ожоги от сигарет на запястьях, прокушенные губы – мученические стигматы секса.
Андрей извлек из сумки, исписанной заклинаниями и молитвами непризнанных святых, бутылочку эфира, а следом - платок с вышитым крестом и вензелем, отгоняющим духов. Он перешел дорогу за спиной у девушки. Карта, развертывающаяся в его голове, указывала, что экзорцисту ничего не грозит. Недостроенный одноэтажный магазинчик был совсем рядом, значит, пора. И Андрей в два шага нагнал пациентку, осторожно обхватил ее за шею, и прижал к вульгарно накрашенному рту платок, обильно смоченный эфиром.
Петр Тирский в трактате «О демониаках» перечисляет признаки, по которым можно узнать одержимого бесами, и они таковы: дикий голос (barbarae voces), ужасное лицо (horribilis vultus), оцепенение членов (membrorum stupor), общее беспокойство (summa inquietudo), силы, превосходящие человеческие (vires humanis superiors), муки (cruciatus).
Девушка была мучима врагом рода человеческого и страдала. Она пришла в себя, привязанная к батарее. Андрей всегда надевал своим пациентам повязку на глаза, чтобы они не могли узнать его. А ведь в первый момент каждый, подвергаемый процедуре, полагал, что попал в руки маньяка.
Пациентка зашевелилась, и немедленно открыла рот, чтобы кричать. Пришлось залепить его скотчем на время, до тех пор, пока дух не будет готов покинуть тело.
Современные духи, Андрей хорошо знал это, были не особенно изобретательны, для входа и выхода они предпочитали использовать рот жертвы.
Андрей не хотел слушать ее лжи, ее жалоб, ее barbarae voces. Он окропил извивающееся тело святой водой. Лицо пациентки исказилось, как и положено, когда капли коснулись ее кожи. В то же время Андрей ощутил, что дух, подчинивший ее, не силен. Он выйдет легко, повинуясь его приказу.
Для изгнания бесов традиционно используются колокольчики из железа и бронзы. Святая вода, соль, чеснок и свитки с заклинаниями. Когда Андрей коснулся тела девушки свитком, она стала испуганно отползать, вжимаясь в батарею. Чулок порвался, будто в этом грешном атрибуте прогорела дыра от святой воды.
Экзорцист сорвал со рта пациентки липкую ленту:
-Отрекаешься ли ты от дьявола, и всех его дел, всей его роскоши и от всех его царств?
-Да!
-Повторяй за мной! Я отрекаюсь…
-Я…да… я отрекаюсь… отрекаюсь от дьявола.
-От всех его дел…
-От всех его дел…

Когда обряд был завершен, Андрей снова прижал ко рту девушки платок с вензелем, отгоняющим духов, чтобы пациентка не сопротивлялась, когда он вынесет ее на улицу и оттащит к автобусной остановке или оставит там, где ходят люди. Например, на собачьей площадке. Там ей помогут.

***

Отоспавшись, Тиш стал исследовать владения Ильи. Тихоня осмотрел квартиру, и остался доволен. Вот где ему по-настоящему нравилось! У его друга было отличное логово. Все скромно, по-простому. Тиш не боялся разбить что-нибудь невзначай, а это уже большое дело. Но самым любопытным в доме Ильи были книги. Тиш пролистал несколько штук. Читать это было совершенно невозможно, как и Телефонную Книгу Призраков. Она так и лежала в потрепанном рюкзаке, Тиш все боялся, как бы Илья не учуял ее запах. Впрочем, Тихоня знал, что Илья не может почувствовать запах, если они не захотят этого. До тех пор, пока в теле Ильи нет разумных файлов, он совершенно не восприимчив.
Но Тихоня не рисковал. Квартиранты больше не торопили его. Им самим было выгодно, чтобы исходник находился в тепле и безопасности. Человеческое тело оказалось весьма хрупкой конструкцией, даже тело Тиша, который казался паразитам истинным венцом естественного обора.
Самый сильный и чистый из квартирантов Тиша шевелился все активнее. Он не хотел ждать, ему нужно было тело Ильи немедленно. Тихоня чувствовал, как его нервные окончания холодеют время от времени и по коже пробегает озноб, похожий на слабый электрический разряд.
Мальчик знал, что нужно делать. Его мозг был под током, перед глазами толклись черные и серебряные мушки. Необходимо получить инструкции. Срочно. Он свернулся на диване, подтянув колени к груди и включил телевизор. О не использовал пульт. Техника была дружественна маленькому одержимому, и подчинялась его мысленным приказам.
Он обнаружил в себе способность управлять приборами, еще тогда, когда воровал из супермаркетов. Случалось, он специально заходил в магазин электроники, будто бы погреться и поглазеть, и обшаривал все телевизионные каналы. Заставлял все приборы включаться и выключаться, а иногда – искрить и сгорать. По настроению.
Он вспомнил о том, как жетоны сыпались из игровых автоматов в подставленные ладони, как летели на пол, разлетались в стороны. Тиш старался не играть дважды в одном и том же месте, потому в его воспоминаниях водопад жетонов происходил на фоне различных декораций. Иногда они катились по бетонному полу, порой, по линолеуму дешевых кафе. Но никогда – по коврам. В приличные места беспризорника не пускали.
Кстати, получить выигрыш ему удавалось далеко не всегда. Злые сучки, которые должны были обменивать жетоны на деньги, почти всегда придумывали что-нибудь. То требовали паспорт, то сообщали, будто автомат неисправен и грозились вызвать милицию. Иногда мальчик уходил покорно, без мыслей о мести. Как раз тогда он мечтал умереть, и подобные неудачи прекрасно вписывались в его личную картину мира. Случалось, правда, автоматы сгорали через несколько минут после его ухода, и не подлежали ремонту. Но Тиш это не со зла. Так, баловство.
Теперь он смотрел на экран телевизора и ждал инструкций. Тиш был почти расслаблен и спокоен. Почти.
Вызов – это очень страшно. Тихоня знал, что Разумный Эфир любит его, но все равно не мог отделаться от неприятных ощущений при каждом соединении. От потустороннего голоса, модифицированного из помех, мороз пробегал по коже и волосы на голове отделялись друг от друга. И то, что инфернальный чревовещатель пришел с миром, как-то забывалось…
Экран подернулся помехами, настройка сбилась, теперь перед глазами Тиша колыхалась густая спутанная паутина из чистой тьмы и серебра. От треска помех закладывало уши.
Тиш вдруг подумал - почему люди в разных фантастических книжках так хотят пообщаться с инопланетянами и жителями параллельных миров? Они же чужеродные, жуткие и совершенно непереносимые. Они как антиматерия для нашего сознания. Тиш хотел зажмуриться, хоть и знал, что делать этого нельзя - будет в сто раз страшнее.
На экране возникли две миндалевидне дыры. Они были черными, как уголь. Будто глаза без радужки и зрачков. Казалось, эти отверстия прорезаны прямо в ткани эфира, в паутине помех.
На самом деле ничего страшного. Если задуматься. Если сумеешь задуматься…
Тихоня уже начинал различать тех, кто выходит с ним на связь в тот или иной момент времени. Он не знал имен, но признавал сущности. Сейчас на мальчика смотрел невидящими дырами аватар одного из самых мощных доменов, пронизывающих Разумный Эфир. Тихоня прозвал его эмиссара, своего квартиранта, Великим паразитом.
Под прорезями глаз разверзлась такая же черная горизонтальная щель:
-…загрузи нас в это тело… выдохни нас …
Тиш привык к тому, что сетевые сущности всегда называют себя во множественном числе. Тоже ничего страшного. Совершенно ничего.
Только голова разрывается от шума и его всего колотит, а в остальном – порядок.
-…нам необходимо это тело… эта личность гарантирует эволюционный скачок…
Все это – не случайность! Мальчик вздрогнул и на мгновение прикрыл глаза.
Тихоня пришел туда, куда должен был придти. Если бы не остатки виртуального мусора, он мог бы жить спокойно. Тихоня достиг конечного пункта своего путешествия. От этой мысли стало еще более жутко, неизвестно почему.
Сознание сползло вниз и чуть-чуть в сторону от реальности, населенной людьми.
Здесь не было ни прошлого, ни будущего…
Тишь ощутил дыхание потустороннего мира, непостижимого для человеческого разума. Мира, где все, не только объекты, но даже пустота, являются чьим-то сознанием. Мир, обитатели которого хранят свою память отдельно, и делают несколько копий самих себя.
У Тиша уже зуб на зуб не попадал.
-Хорошо, - сказал он с трудом разлепляя веки. – Я все сделаю.
-…поспеши… наш прежний носитель закончил физическое существование… нам нужен Илья… эфир разрушается постоянно… вся Сеть изранена… помоги…
Сердце билось о ребра, в животе похолодело. Тиш чувствовал, как ледяной и липкий пот сочится изо всех пор.
-…вдохни нас в него… вдохни любой ценой…выдохни нас…выдохни…выдохни…
-Да! Сегодня же! – закричал Тиш, не в силах выдерживать натиск чужого и чуждого разума. Он зажмурился и зажал руками уши.
Но именно в то мгновение все и закончилось. Телевизор транслировал какой-то сериал, и Тиш выключил его. Сериалы напоминали ему о матери, и от этого делалось тошно.

URL
2010-07-19 в 23:12 

Цадкиэль
Цифровая душа
***


Книги в доме Ильи не были похожи на Телефонную Книгу Призраков, но Тихоня немедленно сообразил, что многие из них предназначены для колдовства. Но уже и так души не чаял в Илье, а это открытие и вовсе свело мальчишку с ума. Тиш попал в сказку, хоть и не заслуживал такой удачи. Он же не верил в сказки никогда, даже в детстве! Он только в Деда Мороза верил, но то был особенный, весьма приземленный Дед Мороз, страдающий хроническим алкоголизмом, а потому очень убедительный.
Дожидаясь возвращения Ильи, Тиш пожарил картошку, постирал и развесил в ванной свои вещи и даже вытер все шкафчики на кухне, чтобы показать, насколько он может быть полезен. Тишу понравилось хозяйничать, особенно приятно было воображать этот дом своим. Потом он очень аккуратненько покурил в форточку и долго махал полотенцем, чтобы выгнать на улицу весь вонючий дым. Он попытался воспользоваться тренажером, стоявшим в хозяйской спальне, но не смог разобраться, как тот действует. Там было ужасно много всяких рычагов, тросиков и упоров, и Тиш побоялся его сломать.
Он ходил по квартире, разглядывая вещи и книги. Наконец, забрался на аккуратно застеленную кровать Ильи, отвернул уголок покрывала и уткнулся носом в подушку. Она пахла шампунем, лосьоном после бритья и чистой кожей. Чтобы этот дом окончательно стал домом Тиша, ему придется прописаться в этой постели. Сама мысль была очень заманчивой. Впервые в жизни Тихоня хотел этого сам. Он провалялся на кровати до самого прихода Ильи, часа полтора, не меньше. Лежал, и вдыхал запах. Запах чистоты, неотразимости, желанного секса.
Дверь в прихожей хлопнула, Тихоня вскочил и молниеносно разгладил покрывало. Голова немного кружилась, будто он спал, но он не спал. Подушка источала чистые мечты. Чистые во всех смыслах, и в цифровом, и в человеческом.
-Я дома! – крикнул Илья из прихожей. – В мое отсутствие происходило что-нибудь важное? Я ничего не пропустил?
В доме стояла тишина.
Ушел?
Илья замер, стоя перед вешалкой, на которую только что аккуратно повесил пальто «под Штирлица».
Вот тебе, воспитатель!
-Эх, я не знал, какую бы интересную информацию для тебя припасти.
Мальчик явился. Тут как тут, заспанный, но вполне счастливый. Он смущенно шмыгнул носом:
-Если ты болельщик, я могу смотреть для тебя футбол пока ты на работе, а потом все пересказывать.
-Слава Богу, я не болельщик. А когда я на работе, ты будешь в школе.
-Да ну, на школу я давно забил.
Илья хотел изречь что-нибудь мудрое и правильное, дать своему воспитаннику первый урок жизни, но в этот момент зазвонил телефон.
-Хорошенькое дело! Кому это я нужен в такое время? – Илье это показалось просто возмутительным. И как только люди воспитывают своих детей при наличии в доме телефона? Тут уж одно из двух, или телефон, или воспитание!
Илья снял трубку, поднес ее к уху и тут же отдернул. Треск помех.
-Опять этот шум. Вот, черт! Достала телефонная станция...
-И часто тебе так звонят? – не сдержавшись, спросил Тиш.
-Бывает.
Илья положил трубку, но телефон почти сразу зазвонил снова.
-Не обращай внимания, - отмахнулся хозяин, направляясь в сторону ванной. – Полтергейст.
Тиш был несколько обескуражен. Дверь за Ильей закрылась, а он все стоял в прихожей, смотрел то на аппарат, то на закрытую дверь, за которой слышался звук льющейся воды. Он мог бы понять, почему телефон стал звонить теперь, когда исходник здесь. Но почему он звонил раньше, до того, как Тихоня появился в квартире?
Может, это не они? Может, и правда – полтергейст? Как в кино. Но Тиш был почти уверен, что на самом-то деле полтергейст бывает не от того, от чего в кино. Это их деятельность. Так прощупывают материальный мир электрические призраки.
Тихоня боролся с собой. Ему хотелось снять трубку, убедиться, что это не они. Или, что раньше были не они… Но он боялся, что Илья разозлиться из-за того, что Тиш ответил на звонок в его доме. Еще чего доброго выгонит Тихоню за такие художества.
Но в ванной лилась вода, и Тихоня решился.
-…выдохни нас в него… выдохни… выдохни…
Тиш едва не бросил трубку. От этого голоса все плыло перед глазами. Он знал, что Сетевой Разум дружественен ему, знал, что Великий паразит любит его и хочет ему добра. Но, несмотря на это, испытывал то же, что Валентина Петровна во время соединения в лифте. То же, что чувствовал бы на его месте любой человек.
-…он знает многое… скажи ему: спящая девочка… спящая девочка…
Тишь молчал, но его собеседники не требовал ответа. У Сетевых существ не существовало правил хорошего тона. Вряд ли в мире, который представляет собой чистые мечты, есть необходимость в этикете.
«Спящая девочка» - повторял Тиш про себя. Ему это словосочетание решительно ни о чем не говорило.
-…выдохни…выдохни прямо сейчас…
Тиш вздрогнул и отнял трубку от уха.
Илья был за его спиной. Майку и рубашку он отправил в стиральную машину и теперь стоял, перебросив полотенце через плечо, уперев руки в бока. Он улыбался, слегка приподняв бровь, и явно требовал ответа. И выглядел при этом очень, очень угрожающе.
-Я… - Тиш замолчал. Он хотел, чтобы Илья его ударил. Чтобы ударил, и сразу успокоился. Было видно, что Илья из таких. Если он ударит Тиша, то не выгонит уже, и даже будет чувствовать себя виноватым.
-Там что-то было? – осторожно спросил Илья.
И Тихоня понял, что истолковал ситуацию неверно. Совершенно неверно. Он почувствовал себя круглым идиотом.
-Оно говорило с тобой? То, что было там, на линии?
Тихоня кивнул.
Илья не собирался пугать его еще больше:
-Иди в комнату. Включай телевизор, я сейчас приду. Ничего страшного, понял. Это полтергейст. Такие помехи, и все. Оно ничего с тобой не сделает.
Последнюю фразу он произнес не слишком уверенно.
Илья проследил, как Тиш уходит в кабинет, и только после этого удалился в свою комнату за футболкой. И какого черта малыш трогал телефон?
Вдруг жутковатая мысль пришла в голову: что если бабушка, Богобор и Рустам Семенович были правы? Черт, их так много… Если бы бред был только у одного человека, Илья был бы уверен, что спящая девочка и электрические призраки – чушь. Но трое сразу… Причем, Рустам Семенович Богобора не знал, и не мог перенять его идеи.
А что если бабушка ошибалась только в одном - в том, что призраки выбрали Илью? Они ведь и говорить с ним не хотели. В то же время, нетрудно поверить, что на смену спящей девочке они подобрали человека близкого ей по возрасту…
Илья тряхнул головой. Чушь. Откуда они знали, что, спустя месяц после того, как спящая девочка умерла (если она вообще была), именно в этой квартире, именно рядом с Ильей появится подходящий для них мальчик? В этом случае надо признать, что у электрических призраков есть еще и дар предвиденья, вдобавок ко всему прочему. А в этом случае они завоевали бы Землю давным-давно. С такими-то способностями!
Да, и если поверить в то, что именно они убили Валентину Петровну, то почему же все прочие владельцы мобильных телефонов на планете до сих пор живы? Если электрические призраки так агрессивны и ненавидят род людской, что их останавливает?
«Все, все, все. Хватит думать о всякой ерунде». Сегодня Илья избавился от рукописей Богобора, рассчитался с Рустамом Семеновичем, и может спокойно забыть это дело. Как страшный сон.
Как страшный сон про белый шум…
Черт!

Тихоня рухнул на диван, раскинув руки и ноги. Илья не сердился, наоборот, он беспокоился о нем. Мальчик закрыл глаза и блаженно улыбнулся. Остаться здесь навсегда. Пожалуйста! Он так хочет остаться с Ильей…
За окном шел дождь. Барабанил по карнизу, а в квартире было уютно и тепло. И Тиш включил телевизор, не открывая глаз.
-…выдохни…выдохни…нас…
Голос звучал растянуто, болезненно и ужасно громко. Тиш встрепенулся, едва не закричал в ответ: «Вы хотите, чтобы я оставался здесь или нет? Решили выжить меня из этого дома? Чтоб я наконец-то сдох?»
Он едва сдержался. Просто повернулся и выключил телевизор.
Илья быстро натянул свежую футболку. Потом проверил зарядку в мобильнике. Почти полная. И, проходя через прихожую, он выдернул домашний телефон из розетки.
Тихоня сидел на диване. Было видно, что ему немного не по себе. Стоило Илье шагнуть к телевизору, как Тиш воскликнул:
-Нет! – а потом добавил спокойнее. – Не надо, давай посидим просто. Посидим, и все, без телевизора. Поболтаем…
Илья сел рядом с ним. И малыш придвинулся ближе, прильнул. Илье это очень понравилось. В его сознании Тихоня был существом невинным и несчастным. Его образ не предполагал ничего порочного.
-Поскольку я думаю, что вел ты себя хорошо, штаны я тебе купил.
Тиш хихикнул и уткнулся мордочкой ему в плечо. Илья погладил мальчика по голове и подумал, что с ним можно играть, как с котенком. Почему каким-то недоумкам, его мамаше и папаше, так повезло? В тот же миг Илья с болезненной остротой ощутил, что завидует им самой черной завистью. У него никогда не будет такого малыша, если только зеркало в ванной не забеременеет.
-Я купил пару компьютерных игр, - сообщил он. – Завтра поиграем.
-Ага.
-Хочешь, сегодня?
-Нет, - Тиш поднял голову, приблизил лицо к лицу Ильи. – Играть не хочу.

URL
2010-07-19 в 23:12 

Цадкиэль
Цифровая душа
Напряжение внутри росло, становилось невыносимым. Нервные окончания обрели невозможную чувствительность, и Тиш снова ощущал внутри маленьких инкубов, маленьких суккубов. Великий паразит прислал на подмогу целую армию, и легионы невидимых тварей шевелились внутри Тиша, подталкивая его к одному единственному движению.
И где-то далеко-далеко зазвенел звонок. Долгий телефонный звонок.
Прошло всего мгновение.
Тиш запустил руки под майку Ильи, потянулся к его губам. Запах мяты, свежести, бархатное тепло кожи, точеный рельеф мышц… Тихоня почувствовал едва уловимый запах Книги. Вдыхал феромоны Ада, возбуждающие тех, кто жили в его теле.
И нечто огромное, невообразимо тяжелое и холодное стало формироваться в области желудка. Великий паразит. Целая Вселенная, рожденная чистыми мечтами.
-Что это ты творишь? – недовольно проворчал Илья.
-Да забей, - шепнул Тиш. – Ты не лишишь меня невинности, я это уже сто раз делал. По всякому. Ну, давай…
-Стоп! – Илья взял его за плечи.
Звонок прервался, а квартиранты предупреждали - соединение прерывать нельзя.
Тишу показалось, что его тело стало стеклянным и полым, и внутри него – вода. Жидкие данные. И теперь его взяли, и встряхнули изо всей силы. Все закачалось, и снаружи, и изнутри. Запах Телефонной Книги Призраков заполнил все вокруг. Он не давал дышать. Воздух стал ароматом, странным, нездешним, растительным и животным одновременно. И он душил исходника. И данные, подступившие к самому горлу, душили. В животе стало холодно и больно.
-Стоп! – Илья взял его за плечи и легонько отстранил. – Ты что, не нужно. Ты остаешься со мной. И, смотри мне, без глупостей…
Но Тиш уже сам отстранялся, как-то странно, рывками отшатывался от него.
Домены сдвинулись, качнулась вода внутри полого тела. Чистые мечты всколыхнулись, и теперь Тиш чувствовал, что приступ начинается. Первая судорога болезненно и уродливо изломала тело. Мальчик не ударился об пол головой только потому, что Илья успел подхватить его. Это прикосновение ощущалось на самой границе сознания. Реальность распадалась. Изнутри и снаружи существовала только наждачная бумага белого шума. Нервы искрили, изнывая от перенапряжения. Тиш утонул в запахе, в шуме, в боли. Его тело стало льдом, и ломалось, крошилось, теряя части.



***

Сегодня Карта указывала, что предпочтительным местом процедуры должны стать окрестности одного из клубов. Было еще рано, Андрей находился недалеко от входа, ожидая первых посетителей. Скоро они придут, эти девочки и мальчики, юноши и девушки в яркой или угольно-черной одежде, с деланной скукой на лицах. Просто им некуда идти и они готовы исчезнуть, лишь бы не оставаться в одиночестве.
Спустя час, когда уже стемнело, стали появляться первые участники шабаша. Судя по одежде, они идут играть в вампиров, подумал Андрей. Хотят заложить свою душу за сомнительное удовольствие кровопролития. Они ищут здесь смерти, полагая, что она есть путь к бессмертию, но ведь их влечет только бессмертие тел, не душ.
Ночь – вампир сама по себе. Она питается невысказанными чувствами, она взращивает в этих детях одиночество, лелеет его, усиливает потому, что одиночество – ее пища. И они придут, и кто-то, может быть, бесследно пропадет. А, возможно, они и приходят сюда специально для того, чтобы пропасть?
Но кого-то из них ждет сегодня подарок. Вопреки своим мрачным ожиданиям, пациент не будет ввергнут во тьму, но возвратиться к свету.
И экзорцист полностью доверился Карте, развертывающейся в его мозгу. Карта сама укажет пациента. Сейчас мистический ландшафт окрестностей клуба походил на пятна чернил, пролитых в воду. Они расползались и клубились, сгущались и смешивались. Многие из этих детей представляли собой просто чернильные пятна на внутренней стороне век экзорциста.
Ночь – это вампир. Это поблекший вчерашний макияж. Это перламутровые дорожки слез. Это коктейль из духов и сигаретного дыма. Это призрачный свет фонарей и дискотечных прожекторов. И соль на губах, и пальцы, липкие от пролитых напитков. Потекшая тушь, тени под глазами от бессонных ночей и белеющие шрамы от старых порезов – мученические стигматы юности.
Из клуба уже доносилась музыка. Подростки и молодые люди в диковинных костюмах входили и выходили. На них был грешные наряды, и вели все себя слишком вызываюше. То был омерзительный театр дьяволов.
-Закурить не у вас ли найдется? – послышался голос за спиной Андрея.
Он обернулся. Позади стоял парень лет двадцати, полненький, холеный, одетый с нарочитой небрежностью. Его волосы были бледно-зелеными. В глазах – ужас и обреченность. Он был сильно пьян, а, может, под кайфом. Андрей поморщился, вглядываясь в глаза жертвы. Это был он, тот, для кого экзорцист пришел сюда сегодня. За спиной этого самодовольного существа хохотали две малолетние подружки. Они не знали о том, что их приятель страдает, что он болен, и его болезнь мучительна и практически неизлечима потому, что не имеет ничего общего с недугами тела.
-Почему ты так говоришь? – спросил Андрей с подозрением.
-Магистр Йода я есть ибо, - ответил тот, подавляя нервный смех. Магистр был очень нетрезв, его терзал затаенный ужас. Ужас, наведенный вселившимся демоном, и Андрей знал, как успокоить Йоду.
-Кто?
-Ты войны звездные не смотрел ли? – Йода видел, что странный собеседник в черном шокирован и совершенно ничего не понимает. - Закурить так есть?
-Я тебя не понимаю.
-Философское есть понятие понимание. Говорить о том времени нет. Так, имеешь ли огонь ты?
-Нет.
Спустя несколько часов Магистр Йода открыл глаза, и увидел, что странный человек в черном тащит его по ступенькам в какой-то подвал. На улице было очень холодно, а Йода не страдал недостатком массы тела, потому хлороформ вырубил его совсем ненадолго.
Он закричал и стал вырываться. Маньяк был сильным, однако не смог удержать довольно крупное извивающееся тело, и Йода рухнул прямо на ступеньки.
В бледном свете лампочки экзорцист видел его лицо, его horribilis vultus. Парень не сообразил еще, убегать ему или защищаться. Первое было трудно, поскольку путь к выходу преграждал маньяк. Рука человека в черном потянулась к карману. Йода бросился вперед и толкнул его, сбивая с ног.
-Изыди! – пробормотал Андрей, выхватывая из кармана нож с рукоятью в форме стилизованного распятия.
-Пошел к черту, придурок! – сказал Йода и принялся орать.
На его крик могли собраться все жильцы дома, все прохожие, вся, дежурившая в районе милиция. Андрей бросился на него, замахнулся. Парень продолжал кричать. Пришлось нанести ему несколько коротких ударов в плечо и грудь. Недостаточно глубоких, чтобы он умер, однако, вполне достаточных для того, чтобы он заткнулся.
Йода заткнулся, он понял, что маньяк не шутит. Экзорцист навалился на него, зажимая рот пациента ладонью. Одержимого следовало связать, однако для этого пришлось бы опустить нож, упирающийся теперь в горло Йоды. Его глаза, наполненные ненавистью и страхом, были глазами плененного дьяволом, ибо Бог есть любовь.
Андрей знал, что не устрашенные духи не станут покидать тело, однако решил попробовать прямо сейчас. Возможно, пациент скоро ослабеет от дьявольского сопротивления, и его удастся связать.
-Отрекаешься ли ты…
В ответ парень только что-то промычал и перестал дергаться. Андрей убрал руку и потребовал:
-Отвечай, отрекаешься…
-Ты больной придурок. Ты маньяк! – и Йода резко дернулся, немилосердно раня кожу на своей шее. Сбросил с себя этого полоумного и ползком бросился вверх по лестнице.
Андрей привстал, размахнулся и вонзил нож ему между лопаток. Раздался хруст и нежный всхлип раздвигаемых ребер. Нож слегка задержался, вонзаясь в плотную мякоть сердечной мышцы.
«Так будет лучше…лучше, - думал Йода. – Не будет этих страшных судорог, пены, закатившихся глаз… Не будет позора, если придется попасть в руки врачам… Не будет боли и страха, и…»

Когда тело одержимого затихло, Андрей встал и вытер кровь с ножа.
Ему уже случалось убивать. В практике экзорциста случается всякое – зло агрессивно, особенно если загнать его в угол.

URL
2010-07-19 в 23:13 

Цадкиэль
Цифровая душа
***

Тиш пришел в себя в хрустящей, как бумага постели. В подарочной упаковке, пахнущей, как должны пахнуть чистые мечты.
-Я не болен, - сказал он, стараясь, чтобы голос звучал отчетливо. – Ничем не болен, честное слово.
Разлепить глаза было неимоверно трудно. Казалось, веки стали очень тяжелыми и находятся ужасно далеко.
-Знаю, - сказал Илья своим обычным тоном. Так спокойно, будто ничего не случилось. – Не бойся, у меня высшее медицинское образование…
-Я не болен. Это не болезнь, это другое. Я не заразный.
-Да. Это хаос.
-Что? – опешил Тиш. От удивления его глаза, будто сами собой, широко распахнулись. Он многое знает – так ведь они говорили? – Что?
-Эпилепсия, - пояснил Илья. - Ей нельзя заразиться. Это просто хаос в работе нервной системы, - и он немедленно приступил к воспитательной работе. - Тебе нужно жить в нормальных условиях. Хорошо питаться, достаточно спать. И совсем нельзя болтаться по улицам одному. Теперь с тобой все будет в порядке…
-Нет. Ничего не будет в порядке, - прерванное соединение давало о себе знать. Приступ не прошел, и Тиш чувствовал комок в горле. Нематериальное тело паразита он ощущал вполне физически. Но, чего бы там не требовал властитель длинных, средних и ультракоротких волн, Тиша сейчас заботило другое. – Почему ты меня оттолкнул? Я тебе противен, да? Я – маленький вонючий подонок.
Илья понял, что сейчас прекрасный момент для маленькой назидательной беседы.
-Знаешь, Тиш, - начал он, проникновенно улыбаясь. - В глубокой древности люди думали, что все мироздание вращается вокруг огромного и непостижимого божественного члена. В четырнадцать лет кажется, что на самом деле это твой член.
-Но в действительности это не так, да? – скривился Тиш.
-В действительности довольно трудно сделать, чтобы это было так…
Мальчишка прыснул. Несмотря даже на то, что был едва жив:
-Ты такой классный!
-Вот именно. Чем скорее ты поймешь, что, на самом-то деле мироздание сконцентрировано вокруг других вещей, более прозаических, тем скорее и ты станешь классным.
-А вокруг каких еще вещей оно сконцентрировано? - Тиш сделал особое ударение на слое «еще». Из этого Илья сделал вывод, что подсознательно ребенок пока не готов полностью отказаться от своих пагубных заблуждений.
-Ну, это по большей части метафизические вещи, - тут Илья сообразил, что не знает четкого ответа на вопрос. – Если не считать денег и работы, метафизические… Но они в то же время и прозаические. Такая диалектика.
-Ты дьявольски умный! До фига красивых слов знаешь! – Тиш попробовал пошевелиться, но сообразил, что сесть все равно не сможет. Шум вызывал головокружение и тошноту. Перед глазами все расплывалось. Он понял, что выжил только благодаря жидкому золоту, циркулирующему в его крови. – Но сейчас мне нужно рассказать тебе кое-что. Просто рассказать, и все. Это очень важно.
-Пора спать. Утром поговорим.
-Фигу! Я, может, и не доживу до утра. Ты ж, дурачина, соединение прервал.



И телефонный звонок зазвучал практически немедленно. Он ворвался в уши, сразу отчетливый и громкий. Великий паразит выходил наружу, болезненно раздвигая челюсти. Горький лед, колючий, наэлектризованный. Звонок и электрический гул наполнили все вокруг. Тиш зажмурился, вдыхая запах Телефонной Книги и выдыхая Князя четко структурированных волновых импульсов.


***


-Все, - шепнул мальчик и ловко ткнулся губами в губы Ильи. – Все.
Илья отстранился, но, похоже, не заметил трюка Тихони.
-Я ничего не чувствую, - признался он, открывая глаза. Для него прошла секунда, а, может, и меньше.
-Я ж говорил. Это не кино, - Тихоня облизнулся, блаженно закатывая глаза. - Ты остался собой, почти ничего не изменилось…
-Почти? – Илья сидел на краю постели и задумчиво тер переносицу. – Значит, что-то все-таки изменилось? А что?
-А ты телевизор включи…
Илья порывался встать, но Тиш остановил его, схвати за плечо. Все хвори как рукой сняло, теперь, после копирования Великого паразита, исходник чувствовал себя прекрасно.
-Не так, - сказа он, лукаво улыбаясь. – Тебе не нужны больше ни кнопки, ни пульт…
И телевизор включился. На экране бегали и стреляли киношные злодеи. Пули высекали искры из стен, все грохотало, но призраки не подавали голос. Они отпустили Тихоню. Не навсегда, конечно. Только на время.
-Это я? – опешил Илья.
-Нет, сейчас его включил я. Просто показываю. Я же обещал тебе кое-что показать. Теперь выключаю.
Телевизор выключился.
-Ого!
Оказалось, это легко. Телевизор подчинялся приказам четко и мгновенно. От Ильи не требовалось сосредотачиваться. Ему не нужно было концентрировать волю, посылать мысленные команды.
-Ты теперь фюрер техники! – сказал Тиш. – Это делает то существо, копия которого в тебе. Я ведь обещал. И никто, кроме нас с тобой и еще одной девочки так не может. И не сможет никогда.
-Мне нравится, - Илья самозабвенно переключал каналы.
Все было лучше, чем он предполагал. Теперь Илья действительно был особенным. У него был дар или что-то вроде того. Он чувствовал запах Книги, правда, открывать ее не спешил. Не мог поверить, что в ней что-то могло измениться. Это ведь всего-навсего бумага, пятна какой-то грязи, растекшиеся закорючки и больше ничего. Кроме того, способность управлять техникой влекла его куда больше, чем какая-то весьма сомнительная черная магия.
И еще он подумал, что маленький медиум совершенно без надобности своим родителям, а вот Илье он очень нужен.
Он отключил звук, чтобы телевизор не мешал разговаривать.
-Наверное, это можно как-то использовать?.. – задумчиво пробормотал он.
-Да. Никому в жизни не сказал бы этого, даже под пытками, а тебе скажу, - Тиш приподнялся на локте и снова взял Илью за руку, вынуждая его обернуться, оставить телевизор в покое. Они играли в гляделки несколько секунд. Потом Тихоня улыбнулся, улыбка его была мрачной и многообещающей. – Камеры видеонабюдения, жучки, сигнализация. Пароли в компьютерах. Они просто не работают, понимаешь? Не реагируют на меня, даже если я о них не знаю, - он отпустил руку Ильи и откинулся на подушки. - Призраки знают, что нужно делать.
-Ты об этом действительно никому не говори. Мне можно. Я не стану тебя использовать. Ни за что.
-Тебе и не надо, - напомнил Тиш. – Ты можешь сам.
-Да, правильно. Забыл.
-Привыкнешь. Теперь надо подумать на счет этого дела, которое останавливает старость.
-Еще не все? – насторожился Илья. – А для этого, что я должен сделать?
Тиш захихикал.
-Ну?
Тиш подобрался поближе. Ему нравилось, как Илья реагирует на такие заходы. Это было забавно. Но теперь он не пытался выкидывать неприличных штук, дело-то было серьезное. Он просто придвинулся и шепнул:
-Понадобиться чуть-чуть моей крови. Это вещество, Магистериум, оно циркулирует в моей крови. Ты же вроде врача, ты не должен бояться.
Илья закусил губу. Магистериум! Откуда только его очень ценный, но не блещущий образованностью медиум, знает такое слово?
-Нужен одноразовый шприц. Я завтра…
Тиш оборвал его, вытянул руки, поднес к его лицу свои запястья, тонкие и гладкие.
-У меня здесь были порезы. Только это не я сам, ты не думай, я б ни за что!.. Еще у меня было несколько неглубоких ножевых ран, штук сто мелких шрамов. На запястьях след от веревки. И ожоги были - от сигареты. Но, посмотри-ка! Ничего нет! Забей ты на шприц, завтра все заживет. Послезавтра и следа не останется! Просто я сам не могу, - он отвел глаза и медленно опустил руки. – Я крови очень боюсь.
-Ох, не одобряю я таких методов. Больно ведь будет…
-Ты даже не представляешь, как мне бывало больно.

URL
2010-07-19 в 23:14 

Цадкиэль
Цифровая душа
***

Сны Андрея всегда были исполнены потустороннего ужаса, глубокого и черного ужаса. Из-за своей эфемерности этот ужас и пугал и притягивал одновременно. Скоро он стал для экзорциста необходимостью. Андрея питали кошмары. Они давали ему силу.
Он вернулся с не совсем удачной ночной процедуры. Очистить Йоду не удалось, но экзорцист по крайней мере прервал его муки. Ужас в глазах жертвы был продиктован вовсе не нападением Андрея, он угнездился в душе одержимого несколько дней или недель назад. Экзорцист знал, что с того момента, как в тело Йоды был сброшен изрядный кусок испорченной, никуда не годной информации, парень жил в постоянном страхе и ждал конца. Возможно, он чувствовал себя проклятым, обреченным, неизлечимо больным. Возможно…
Андрей лег спать, за несколько часов до рассвета. Он ждал обычных ночных видений, жутких и символических - привычных снов экзорциста.
Но сегодня кошмар видоизменился, он выплеснулся за привычные рамки и стал необыкновенно осязаемым, почти вещественным.
Холод ночной улицы пробирал до костей, а в снах Андрея всегда царила ночь, глубокая и непроглядная. Иногда чернота отдергивалась, как театральный занавес, являя реликты мира кошмаров, утонченные в своей отвратительности. Порой же Андрей получал подсказки – указания то ли свыше, то ли с той стороны.
Короткие фразы, которые в реальности становились заголовками газет.
Непонятные значки, которые Андрей угадывал позднее в росчерках граффити и вензелях татуировок.
Слова, доносившиеся до него на улице. Обрывки фраз, которые ничего бы не значили, если бы до этого экзорцист не слышал их во сне.
Но той ночью в его сновидении была настоящая кровь, почти черная в безлунной ночи, горячая и липкая. Она сочилась с экранов телевизоров, стоящих в витринах, из мобильного телефона Андрея, капала из кондиционеров и наружных камер видеонаблюдения. Ею истекали компьютеры, радиоприемники, банкоматы. Вся техника кровоточила, она была живой, разумной и крайне агрессивной. Машины, словно раненые животные, страдали и жаждали мщения.
Во сне экзорцист увидел себя на одной из центральных улиц у аптеки. Над его головой горел зловещий зеленый крест, и змея сцеживала свой яд в стилизованную чашу. Аптека была открыта, сквозь витрину Андрей видел, что внутри горит свет, а за прилавками неподвижно стоят женщины в белых халатах с зеленой каймой. Они были неподвижны. Все было неподвижно, и Андрею потребовалось совсем немного времени, чтобы понять – это лишь рисунок на стекле. Витрины закрашены и изображение мирного, ярко освещенного торгового зала – на редкость реалистичный муляж. Чтобы узнать, что происходит в аптеке на самом деле, следует войти внутрь.
И он толкнул дверь.
Ночь откинула свой пыльный и грязный занавес, пропахший горелой резиной, мокрым асфальтом и гнилью пищевых отходов.
Внутри мерцали бледные лампы, из приоткрытых дверей подсобки сочился отвратительный фосфоресцирующий свет, будто молоко смешанное с зеленоватой краской. Оттуда, из-за двери доносился приглушенный лязг живого механизма. Андрей знал, кого увидит, если войдет. Монстр Гигера готовил там свои чудовищные снадобья. Экзорцист слышал треск помех и срывающиеся телефонные гудки, звук сбившейся настройки и частую морзянку. Радиочеловек микшировал волновые яды, готовя неотразимую и убийственную комбинацию.
Андрей двинулся к двери. В отличие от прочих людей, которым в снах ничто не угрожает, экзорцист мог погибнуть, попав в неблагоприятную область Карты. В Регион, Охваченный Тьмой. Но он приближался к приоткрытой двери.
Под его ногами похрустывали разорванные целлофановые упаковки, внутри которых уже угнездилась плесень, старинные стеклянные шприцы, осколки реторт и мелкие бусины гомеопатических пилюль. Из кондиционера, укрепленного на дальней стене, медленно текла густая темная жидкость.
Андрей толкнул дверь и шагнул внутрь. Вместо тесной коморки перед ним был огромный зал с высоким, теряющимся во тьме потолком. Зал был пуст, только помехи трещали в воздухе, покачивались сетки проводов, превращавшихся в искрящуюся паутину.
-Я найду тебя! – Андрей оглядывался по сторонам.
Белесое марево – нечто среднее между светом и дымом, клубилось в углах. Провода покачивались, информация, текущая в них, пульсировала, подобно крови. Экзорцисту никто не ответил. Монстр затаился. Может быть, он не собирался атаковать. Не исключено также, что волновое чудище просто выжидало. а, может, оно уже находилось внутри тела врага, пронизывая его своими разрушительными, грешными радиоволнами.
-Я найду тебя!
Грохот электрического разряда оглушил Андрея. Картинка подернулась рябью, занавес опустился.
«Аптека на центральной улице.
Кто-то, работающий в служебном помещении…»



***

Утром Тиш сделал все возможное, чтобы остаться в доме Ильи навсегда. Он верно смекнул, что наиболее сильным методом воздействия будет жалость.
За завтраком Илья узнал о матери Тиша, и решил, что возвращать такой родительнице мальчика совершенно не обязательно. Вообще-то он еще раньше сообразил, что было бы глупо добровольно отказаться от маленького медиума. Одно существо, поселившееся в теле Ильи, давало значительные преимущества над прочими представителями рода людского, но в теле Тихони хранили свои копии десятки, а, может, сотни таких существ. И мальчишка, похоже, был неплохо осведомлен о том, как можно их использовать.
Наконец, он обладал уникальным качеством, какого Илья ни в ком прежде не встречал – при всей пакостности своего характера, Тихоня не вызывал ни малейшего раздражения.
То, что мамаша мальчика оказалась заурядной стервой и шлюхой, снимало с Ильи всякую моральную ответственность. При должной аргументации, следовало признать, что он спасает ребенка, брошенного на произвол судьбы, а значит, поступает благородно и правильно.
-У меня сегодня вторая смена, - сообщил Илья. – Нам с тобой нужно пройтись по магазинам и заглянуть в парикмахерскую. Что-то не нравится мне твоя прическа, да и мне пора привести себя в порядок.
Он стоял перед зеркалом в прихожей и сосредоточенно изучал свое лицо и волосы.
-Я с удовольствием, - сообщил Тиш.
-Синяки у меня под глазами, что ли? – Илья оттянул нижние веки и принялся внимательно изучать свои глазные яблоки. – Я надеялся, что проснусь неотразимым и прекрасным, как в кино про вампиров.
-Но ты вполне себе… того… в порядке, - пожал плечами Тиш.
-Нет! – сокрушался Илья. – Я не вижу ни малейших изменений! Я ж вчера пил человеческую кровь, но, выходит, все насмарку? Где аристократическая бледность лица? Совершенные черты и все такое прочее?
-Но у тебя и так все это было. Какая еще хренотнь тебе надо? Вообще просвечиваться насквозь хочешь, что ли?
Илья принялся изучать в зеркале свой язык и гортань. Тихоне никогда не приходилось видеть мужчину, настолько озабоченного своей внешностью. Да что там внешностью – Илья уделял немалое внимание даже налету на своем языке, цвету ногтей и глазных яблок под веками. Даже маман Тиша после хорошей пьянки не бывала так внимательна к себе.
-Ладно, - вздохнул Илья. – Есть проблемы посерьезнее белого языка. Тебе нужно купить ботинки. Мне новую рубашку. Да, если что – ты мой брат.
-Угу! – Тихоня просиял.
На улице потеплело, все газоны и клумбы города стали озерцами жидкой грязи, но дворники уже мели дорожки, и асфальт блестел, как бугристое черное стекло.
Сетевые Души слепы и глухи в мире людей. Вопреки представлениям Ильи, даром предвидения они не обладают. Поэтому Тихоня и Илья ходили по окрестным магазинам, и не имели никакого представления о том, что экзорцист уже вышел на охоту. Собственно, им обоим и в голову не приходило, что на свете есть некий человек, ополчившийся против паразитов душ.
Тихоня полагал, что он сам, Илья и глухонемая девочка – единственные представители рода людского, которым известно о существовании Разумного Эфира.
Илья полагал, что знают о волновых существах только он, Тиш и Семенов.
Аптека, где работал Илья, находилась в одном квартале от дома, потому пути Андрея и его потенциальных жертв неминуемо должны были пересечься в то утро, но не пересеклись.
Это произошло чуть позже.
А пока Андрей бродил поблизости, и не ощущал ничего. Он входил в аптеку, осматривался, принюхивался, и не находил никаких признаков присутствия волнового зла. Лишь на какое-то мгновение ему почудилось, будто огромный черный айсберг, двоящийся, мерцающий, движется за домами.
Именно в это время Илья и Тиш с многочисленными покупками возвращались домой.
Случай не позволил пересечься двум параллельным путям. Но это была лишь отсрочка, причем, отсрочка весьма непродолжительная.

URL
2010-07-19 в 23:14 

Цадкиэль
Цифровая душа
***

-Не высовывайся из квартиры, - предупредил Илья, примеряя перед зеркалом одну из новых рубашек. – Если соседи тебя увидят…
-Будто я не понимаю! Не дурак.
-Можешь за компьютером посидеть, чтоб тебе не скучать.
-А в Интернет можно?
-Можно. Смотри только, не разори нас! – и Илья ушел на работу, оставив Тиша наедине с его мыслями.
А Тиш размышлял о Соне. Для того, чтобы спрогнозировать ее действия большого ума не требовалось. Мальчик не сомневался, что пастырь данных использует Интернет в своих целях. Почему-то Тихоня надеялся на то, что Соня придумает способ отыскать его. Или паразиты душ придумают. Хотя, в сущности, это одно и то же.
Едва дверь за Ильей закрылась, Тиш бросился к компьютеру.
Электрические существа были там. Тихоня понял, что они проведут его в Инфернет, стоит подключить модем к телефонному кабелю.
Вообще-то до сих пор Тиш видел компьютеры только в школе и в гостях у Славика, и не имел представления о том, какие действия следует выполнить, чтобы выйти в глобальную сеть. Но у него получилось с первого раза. Он действовал машинально, доверившись странному, нечеловеческому инстинкту.
За окном шел дождь. Капли звонко били по карнизу.
Ему не пришлось набирать адреса и обшаривать поисковики. Сетевые Души были повсюду, и Тиш ощущал их присутствие, слышал их голоса.
Это камлание нового тысячелетия.
Нечто среднее между прямым эфиром и спиритическим сеансом.
Капли отбивали дробь по старой жести, бежали по стеклу. Только в тот момент Тиш вдруг сообразил, что теперь, наверное, весна. Возможно, конец марта, или даже середина апреля. Он давно перестал считать дни и проникся полным равнодушием к календарю. Все это – дни недели и часы, месяцы, политические события, новости культуры, моды и спорт казались бессмысленными напластованиями, жалким способом прикрыть уязвимость большинства человеческих существ. Тиш никогда не интересовался всем этим. До соединения в котле Тота телевизор ассоциировался у него исключительно с телесериалами, так любимыми мамашей.
Мгновение Тихоня сидел, улыбаясь отрешенно и хищно. Он прислушивался к дождю.
В этой вселенной не бывает дождей. Там идут данные. Падают из пустоты, проходят все мироздание насквозь и уносятся в минус бесконечность.
Он понял, что никогда не жил в мире жалких фантазий, в отличие от большинства благопристойных, цивилизованных людей. Он легко привыкал к любым условиям и готов был сделать все, абсолютно все, чтобы выжить. Возможно для паразитов душ это качество было одним из решающих. Они не просчитались. Они выбрали истинный венец естественного отбора – человека, который не привык прятаться за ширмами иллюзий.
У Тиша все было настоящим. И никто не смог бы его понять, возможно, даже Илья. Не исключено, что так будет лучше для них обоих.
И он ощущал Инфнрнет как неотъемлемую часть себя. Сеть роднила его с Соней, с Разумным Эфиром, с десятками одержимых, которым уже удалось соприкоснуться с этой формой существования – весьма странной для обычного человека, ни на что не похожей. Инфернет соединял своих пользователей, наподобие переплетения сообщающихся пуповин. Пока что он был неразвитым и походил на паутину, протянутую между гигантскими архипелагами человеческих данных.
Тиш провалился в видимую часть Инфернета. Несколько затерянных в сети страниц, куда не ведут ссылки. Мелькание помех, шум на мониторе, конгломераты непонятных значков, вспыхивающие то в одном, то в другом углу экрана. Лишь носитель паразита мог бы прочесть эти криптограммы.
Азбука Ада…
Что будет, когда Интернет станет частью потусторонней Сети? Когда каждый знак будет осознавать, что он такое? Может, наступит конец света? Тиш был бы не прочь узнать, как это будет. Поприсутствовать, принять личное участие.
Он снова хотел посмотреть, сам не зная на что.
Он хотел посмотреть на все.
На экране, всплывая из серых и черных точек, возникло сообщение:
«Этой ночью был уничтожен носитель мусорных файлов…»
Далее шел ряд цифр, ничего не значащих для того, в ком нет паразитов душ. Тихоня не имел никакого представления о простых числах, но инстинкт подсказывал ему, что последовательность знаков, кодировавшая имя жертвы – сгусток порченной информации, разрушенной вторжением человеческих приборов в Разумный Эфир.
-Йода!
Тиш закусил губу.
«Картограф ищет…»
Тиш напрягся. На экране возникла последовательность чистых, совершенных чисел. От изящества и простоты этой комбинации захватывало дух.
-Нет, - пробормотал Тиш. – Нет, не его…
И в голове вдруг промелькнули обрывки сна. Хруст подарочной бумаги… Тихоня никогда не задумывался, бывают ли сны вещими.
«Кто такой этот Картограф?» - набрал он, путаясь в кнопках.
«Он видит Сеть. Он называет ее Картой. Он чувствует наши Регионы, но остается невидим для нас…»
А потом Соня открыла перед своим подопечным несколько страниц с последними новостями. Странные преступления в Минске. Похищения людей. Ритуальные действия… Милиция не связывала с ними убийство Йоды, хотя в криминальных сводках упоминалось о нем. Эта смерть была добросовестно списана на разборки между наркоторговцем и каким-то недовольным клиентом.
Но Соня и Тиш знали, что и это дело рук того, кого они называли про себя Картограф.
«Его способность видеть Сеть, но самому оставаться невидимым, представляет опасность… Нужно решить эту проблему…»
Тиш и сам знал, что эту проблему нужно решить, только Сеть волновала его в последнюю очередь.


***

Андрей резко обернулся. Волна шума наждаком прошлась по напряженным нервам, захлестнула, повлекла его за собой.
Город всех оттенков серого. Люди, как мазки туши на влажной бумаге. Черное на белом. Серое на черном. Теперь все вокруг стало шумом, настройка реальности сбилась.
Цель была рядом. Андрей медленно обернулся.
Точка сборки продолжала смещаться. Когда-то Андрей выучил наизусть целые страницы Кастанеды. Он делал выписки и практиковал весьма опасные приемы концентрации и рассеивания сознания. Он не пренебрегал галюциногенами. Он шел на все.
Но теперь сознание модифицировалось помимо воли экзорциста. Даже Карта, непрерывно развертывающаяся в тайниках его мозга, пошла помехами. Монстр Гигрера, радиочеловек, враг был совсем рядом. В двух шагах.
Реальность моргнула и стала перезагружаться. Мгновение света, мгновение тьмы. Восприятие, до предела обостренное опасными практиками сбоило.
Внезапно привычная картина мира вернулась к нему. Андрей увидел улицу и прохожих такими, какими видит их любой человек. Пасмурное небо, дорога, машины, фонарные столбы и асфальт – все в блестящей глазури.
Только что враг прошел мимо. Теперь Андрей видел его спину. Они были одного роста, но в каждом движении радиочеловека ощущалась такая сила, уверенность и легкость, что казалось – он может проходить сквозь стены.
Кожаное пальто, черные джинсы, ботинки на мощной подошве. Врагу рода человеческого, однако, не откажешь в стиле! Волосы белые, как бумага, совсем короткие на затылке. Андрей уставился в этот затылок. Он осознал, что об изгнании, об очищении в данном случае не стоит и мечтать. Агрессивные духи выбрали на редкость здоровую и сильную оболочку. С ним непросто было бы справиться, даже будь он простым смертным.
А теперь враг шагал уверенно и вполне беззаботно. Казалось, в любое мгновение он может утратить осязаемость, и стать волной.
Андрей сопоставлял факты и чувствовал, что впервые в жизни бессилен перед врагом, причем, по весьма прозаическим причинам. Он осознавал, что к этому пациенту практически невозможно будет подкрасться незаметно на безлюдной улице – от монстра за версту разило здоровым образом жизни. Его не подстережешь у выхода из кабака и не застанешь на подпитии.
И еще… если он работает в аптеке, то почувствует запах эфира, едва только экзорцист откупорит пузырек.
Но Андрей имел приличный арсенал средств. Иногда пистолет куда эффективнее святой воды и молитв непризнанных церковью святых.
Внезапно враг остановился, будто уловил мысль Андрея. Он замер и стал медленно-медленно оборачиваться.
Бледные тени следовали за прохожими, покачиваясь медленно-медленно. Голоса и мелодии мобильных телефонов слились в единый фон, они звучали растянуто. Движения замедлились. Андрей ощутил, что само время сбавляет обороты, стремиться застыть.
Не фоне серости с вкраплениями черного бледный профиль казался нечеловеческим, искусственным, неживым. Враг замер на мгновение, глядя в витрину, потом отвернулся и зашагал дальше.
Андрею казалось, радиочеловек видел его, хоть и не взглянул прямо, будто имел глаза на затылке или воспринимал всей поверхностью тела. Экзорцист считал такую рецепцию врага вполне возможной.
Он видел, как противник вошел в аптеку. Несколько мгновений Андрей стоял, глядя ему вслед, потом зашагал прочь.

URL
2010-07-19 в 23:16 

Цадкиэль
Цифровая душа
***

Вопреки предположениям Андрея, Илья ничего не заметил. Его рецепция не изменилась с вторжением паразитов, и он не отмечал решительно ничего подозрительного ни в себе, ни в окружающем мире. Он замедлил шаг на мгновение не оттого, что чувствовал слежку. Илье хотелось всего-навсего лишний раз взглянуть на свое отражение в витрине.


***

Тиш выключил компьютер и подошел к шкафу. Он выбрал свою старую майку и свитер, которого было наименее жалко.
Великий паразит не ошибся с носителем. Теоретически Илья соответствовал самым жестким требованиям, какие можно предъявить к биологическому существу. Он был здоров, не обременен вредными привычками и пагубными пристрастиями, имел прекрасное образование и отличался завидной начитанностью в самых разных областях.
В том же что касается практической стороны, следовало признать – к жизни в экстремальных условиях Илья с его патологическим нарциссизмом и безразличием к окружающему миру решительно не приспособлен. Он лишь выглядел как универсальный солдат, а на самом деле был изнеженным, самовлюбленным и достаточно инфантильным обывателем. Такого лопуха поискать.
Мальчик прошмыгнул на кухню и взял один из ножей. На всякий случай. Пока что он шел просто на разведку, а потом планировал встретить Илью с работы. Он понимал, что это идиотизм. Он даже не сообразил еще, рассказывать Илье обо всем или не стоит, но терять его из виду надолго – в сложившихся обстоятельствах – точно не следовало.
Тиш надел свою старенькую куртку, ту, которую принесла ему в кочегарку девочка-пастырь данных, и в душе поздравил себя с тем, что не позволил выбрасывать эти вещи. Новенькая одежда совершенно не годилась для сегодняшней вылазки. Правда, ботинки он обул все же новые. Старые были ему велики, да и расклеились они совсем. Не хотелось в самый ответственный момент потерять подошву или споткнуться об отставшую подметку.
Мальчик выскользнул на площадку и захлопнул за собой дверь.
«Хочешь, я буду твоим оружием? Хочешь?»
Телефонная Книга Призраков осталась лежать в рюкзаке, спрятанном в нише для постельного белья. Тиш не собирался рисковать ею. Кроме того, хотел, чтобы у Ильи осталось что-то на память о нем, если вдруг…
Вечерело. Небо приобрело пронзительно-серый цвет, и весь город казался облитым акварелью цвета пепла, стали и мышиных шкур. Тиш полагал, что Картографа следует искать где-то поблизости. Скорее всего, вблизи тех мест, куда можно затащить бессознательную жертву.
Он анализировал все, что прочел на новостных сайтах. Вспомнил тот клуб, вблизи которого был убит Йода. Совсем рядом. Во дворах, в подвале одного из домов Йоду и нашли. Тиш первым делом решил наведаться прямо туда, надеясь, что убийцу – как в кино – потянет на место преступления.
Под вечер холодало, влага на ветках, земле, столбах, кучах прошлогодних листьев становилось тонкой ледяной корочкой. Тиш свернул на проспект, быстро зашагал вперед. В сером каньоне текли с разной скоростью люди, машины и выхлопные газы.
Тиш надеялся вычислить Картографа. По взгляду, по повадкам, по каким-то неуловимым чертам. Он готов был снова заглядывать во все глаза всех людей, которые попадутся ему вблизи места преступления.

***

Чернильное пятно на оборотной стороне век Андрея горело огнем. Он чувствовал, что добрался до центра Карты, ухватил все нити этой адской паутины и намотал их на кулак. Теперь осталось только дернуть.
Подвал был рядом, и улица оказалась пустынной. Карта снова не подвела его. Экзорцист знал, что дело не будет простым. Убийство Йоды, странные слухи, ползущие по городу, слухи о похищениях и средневековых обрядах, сделали жителей внимательнее и осторожнее. Но главная цель экзорциста не казалась ни осторожной, ни внимательной. Андрей вообще не мог поверить в то, что перед ним Легион – носитель тысяч демонов, предназначенных для подсадки в человеческие тела.
И снова были бесшумные шаги экзорциста за спиной, и рука, скользнувшая в сумку. Платок с изящным вензелем, гарантирующим то, что демон не высунется изо рта жертвы, не вопьется в руку экзорциста. Андрей всегда этого боялся, боялся панически. А потом нежный запах хлороформа разлился в морозном воздухе.

***

Андрей втащил тело в подвал. На вид мальчишке было лет тринадцать-четырнадать, и это немало озадачило экзорциста, но Карта никогда не врала, и его собственные ощущения не врали тоже. Паренек был худой, но крепкий, какими бывают люди, которым случалось жить впроголодь и с немалыми усилиями добывать кусок хлеба.
Только самые злые и темные силы могли скопировать свои архивы в это почти детское тело. Андрей немного жалел мальчика. Тот был худенький, однако весил много, как и положено носителю целого сада демонов. Можно вообразить, какими жестокими и невыносимыми бывают для него моменты буйной одержимости, моменты, когда в мозгу, в узлах нервной системы сталкиваются конфликтующие домены потусторонней информации.
Экзорцист знал, что с этим пациентом будет нелегко. Наверняка придется, согласно Византийской традиции ранних веков христианства, применить плети, угли и клеймение. Андрей неторопливо снял очки, которые носил и ночью – просто для красоты. В них были стекла-хамелеоны. Эти очки делали его немного похожим на Леннона, только лицо Андрея было правильнее и благороднее. Он положил очки в нагрудный карман.
Потом стащил с мальчика куртку, свитер и майку, и привязал бесчувственное тело за руки к трубам, проходящим под потолком. Ребра отчаянно выпирали под тонкой молочно-белой кожей, резко обозначились мышцы на впалом животе и вытянутых над головой руках. На лицо мальчика экзорцист надел повязку, как всегда, чтобы пациент не мог потом его опознать.
Экзорцист был немного взволнован. Кажется, ему удалось невероятное. Очистить это вместилище потусторонних тварей было делом куда более важным, чем уничтожение их Князя. Ведь мальчишка способен бесконечно плодить одержимых, подсаживая демонов в подходящие тела. Именно из-за этого пацаненка работа Андрея до сих пор здорово смахивала на бесконечную схватку со Змеем Горынычем: срубаешь одну голову – не ее месте вырастает две.
Теперь это прекратится. Экзорцисту останется лишь добить оставшихся одержимых. Он справится с ними. Даже с Князем. Дома, в тайнике лежал, приготовленный специально для радиочеловека ТТ. Пули были не серебряные. Ни к чему это эстетство. Разнести к чертям его голову, набитую инфернальными данными, и дело с концом.
Желтоватая запыленная лампочка раскачивалась под потолком. Андрей отошел и принялся извлекать из сумки орудия своего ремесла. Мальчик все еще был без сознания, краем глаза экзорцист следил за ним.
Вдруг рот паренька приоткрылся. Его тело оставалось безвольным и неподвижным. Казалось, лампа просвечивала его насквозь.
Из приоткрытых губ раздался шум, не имевший ничего общего с дыханием. Он походил на треск помех, на гул статического электричества. Андрей отпрянул. Белый шум, громкий, бьющий по нервам, модифицировался в слова:
-… ты загнал нас в угол, пришлось отдать в твои руки самого ценного из наших носителей… он убьет тебя, этот мальчик... лучше просто развяжи его и уходи…
-Вы боитесь! Боитесь меня, - воскликнул Андрей, буквально содрогаясь от ужаса. Он только теперь понял, что впервые слышит истинный barbarae voces. - Или искушаете? С чего вы решили меня отпустить?
-…глупец… тобой займется человеческая милиция…
Тут мальчик пришел в себя и поднял голову. Шум, исходящий изо рта пациента, немедленно прекратился. Повязка закрывала половину лица, оттого пленник казался особенно растерянным и жалким, но Андрей не давал обмануть себя. Мальчик дернулся, поморщился от боли, но немедленно взял себя в руки.
-Это вы? – произнес он тихо. - Зачем вы убили Йоду? Думали, он, как я? Нет. В нем не было ничего, кроме обычной человеческой души, - голос мальчика звучал невинно и почти жалобно.
-Не обманывай меня, - ответил Андрей твердо. - Я слышал, как он говорил.
-Он всего лишь подражал персонажу из «Звездных войн», - губы мальчика скривились в печальной усмешке.
-Но откуда же тебе, в таком случае, о нем известно? – парировал экзорцист.
-Вы же знали, что они живут в Интернете и телефонных сетях. Во всяком случае, догадывались. Чтобы спрятаться, вам следовало не пользоваться телефоном и Интернетом. Они знают все, что знаете вы, - тут Тиш немного приврал, но так было нужно для дела. - И разумеется, все это очень хорошо знаю я.
-Но теперь тебе придется раз и навсегда забыть дьявольскую науку!
И Андрей принялся читать заклинания, а также молитвы не канонизированных святых, отмечая при этом, как извивается мальчишка, как впивается капроновый шнур в хрупкие запястья.
Тихоня вертелся, расшатывая трубу и ослабляя веревки. Кровь текла тонкими ручейками-паутинками по рукам и груди. Веревка, которой его связали, отчаянно резала кисти. Но это ничего. Руки он залечит. Он все залечит, но потом. Теперь главное – остановить этого маньяка. По возможности, убить.
Похоже, древние заклинания и молитвы самозванцев не причиняли духами ни малейшего беспокойства. Уж Тихоне-то они тем более его не причиняли, а к боли он привык, и сейчас было неподходящее время, чтобы обращать внимание на боль.
-…ты исчезнешь… - раздался barbarae voces демонов нового тысячелетия. Средневековым экозрцистами и не снилось такое. Белый шум доводил Андрея до состояния, близкого к обмороку. Он и представить себе не мог, что испытывает сейчас этот тихий печальный мальчик, подвешенный на пыльных трубах. Андрей должен его спасти. А голос электрического чудовища все говорил. – …тебя запрут в клетку, и никогда уже не выпустят... ты – маньяк, а люди ненавидят маньяков… тебе не поможет твоя Карта, ты больше никогда ее не увидишь…
Андрей подбежал к сумке, выхватил плеть и смочил ее святой водой. Святая вода была единственны атрибутом экзорциста, взятым из церкви, все прочее он освещал сам, пользуясь силой, данной ему свыше. Демоны сопротивлялись, и экзорцист понял, что пришла пора переходить к наиболее действенным процедурам.

URL
2010-07-19 в 23:17 

Цадкиэль
Цифровая душа
Святая вода не вызвала ожогов на теле одержимого, хоть он здорово корчился под ударами плети. Демоны стонали в тощем тельце. Один из ударов внезапно сбил повязку с лица мальчика, и на экзорциста уставились огромные пронзительно-синие глаза. И утонченно-печальное лицо с высокими и тонкими как у маски Пьеро бровями, было выразительнее, страшнее, чем horribilis vultus средневековых экзорцистов.
-Я ничего вам не сделал. Вы стерли мои данные из тел нескольких носителей, вы убили Йоду, а теперь причиняете боль мне. Думаете, Бог или кто-нибудь еще вас не накажет? – очередной удар заставил его замолчать на мгновение, но всего на мгновение. – Мне четырнадцать лет! Как у вас поднимается рука?
И Андрей отложил плеть.

URL
2010-07-19 в 23:17 

Цадкиэль
Цифровая душа
***

-Я дома. Что-нибудь интересное происходило в мое отсутствие? Я ничего стоящего не пропустил?
Илья закрыл дверь, окинул взглядом прихожую.
Нигде в квартире не горел свет. Ботинок Тиша не было.
Ушел?
В душе шевельнулось нечто рудиментарно сентиментальное. Совсем как в первые дни после смерти Валентины Петровны. Тогда Илью охватывало то же неприятное, скребущее одиночество, стоило заглянуть на кухню.
Илья включил свет и резко распахнул дверцы шкафа. Исчезла старенькая, потрепанная курточка мальчика. Все подарки Ильи он оставил.
Что за черт? Что было не так? Что ему не понравилсь?
Илья, не раздеваясь, прошел в кабинет и сел в кресло. Свет он не включал. Странный запах, нежный, едва уловимый, растительный и животный одновременно, щекотал ноздри. Несколько минут Илья сидел, не думая ни о чем.
Потом резко встал, включил свет и выдвинул нишу для белья. Рюкзак мальчишки лежал там. Это ничего не значило. Тиш мог просто забыть здесь эту тряпку или бросить, предоставив хозяину выбросить рюкзак самому. Илья взял его – потрепанный мешочек из черного джинса с поломанными застежками и оторванными «собачками» молний.
Книга была внутри. Ее запах на миг стал удушливым и пряным, голова приятно закружилась.
Илья открыл Телефонную Книгу Призраков на первой попавшейся странице и замер.
Голографические скрипты проступали отчетливо и ясно. Не осталось ни единого непонятного знака, ни одной смазанной строки.
Информация текла в каждом изгибе и завитке, как инфернальный хлорофилл. Живая азбука Ада.
Илья, не выпуская Книгу из рук, медленно стащил с себя пальто, сперва один рукав, потом другой. Оно соскользнуло на пол.
Илья листал Книгу, жадно исследуя пределы своих новых возможностей.
За несколько часов он узнал о свойствах Книги и о деятельности паразитов душ больше, чем Тиш за все то время, пока носил ее в своем рюкзаке.


***


Экзорцист отложил плеть, но извлек из сумки клеймо и газовую горелку.
Жалость к демонам есть потакание лжи. Не взял ли доктор Фауст в свой дом черного пса из чистой жалости? Он впустил к себе демона, и заботился о нем, и привязался к нему, но взамен Мефистофель погубил его бессмертную душу.
Экзорцист раскалил на горелке клеймо, приблизился, и повернул мальчишку спиной к себе. Тело безвольно болталось на веревках. Андрей выбрал место прямо под левой лопаткой, и прижал раскаленный комочек металла размером с пуговицу к коже мальчика.
Тишь старался не кричать, но неудобное положение, и боль в вывернутых руках, и страх, в конце концов - давали о себе знать. В первое мгновение Тихоня почти ничего не почувствовал, кроме запаха жженого мяса, но, когда маньяк отнимал раскаленную печать от кожи, тело внезапно пронзила невообразимая боль. Казалось, клеймо прожигает насквозь, и вот-вот высунется из груди, смрадное и дымящее.
Но одновременно с криком откуда-то из грудной клетки мальчика донесся белый шум:
-…ты неадекватен…тебя заберут в психушку и вскроют там твой череп…
В это мгновение мальчик был отвратителен. Мalefici – монстр, дитя инкуба. Он орал на два голоса и обещал Андрею самые мерзкие и мучительные кары. Электрический демон гипнотизировал экзорциста треском и скрежетом своих проклятий.
Внезапно веревка оборвалась. Андрей отпрянул, а мальчишка рухнул на грязный бетонный пол.
-…ты же изучал источники по экзорцизму, да? – поинтересовался электрический голос, а мальчишка уже поднимался на ноги, как ни в чем не бывало, – …что ты скажешь на счет vires humanis superiors?.. ты к этому готов?..
Оказалось, мальчишка перетер шнур о трубу, одновременно искалечив себе запястья. Но он улыбался и смотрел на Андрея своими васильково-синими глазищами, которые, казалось, не могут выражать ни злобы, ни гнева.
И экзорцист выхватил свой кинжал с рукоятью в форме маленького распятия. Рукоять это была вырезана из кости человека, который умер от одержимости, отправился прямо в Ад, мучимый демонами. Андрею пришлось разрыть его могилу на старом сельском кладбище, чтобы добыть пожелтевшую бедренную кость. С тех пор она неоднократно обагрялась кровью. В последний раз - когда кинжал вошел в тело Йоды по самую перекладину креста.
Мальчишка отбросил в сторону обрывки веревок. Он тяжело дышал, тонкие ребра ходили под кожей, на которой святая плеть оставила свои письмена.
Андрей угрожающе поднял кинжал, вытянув руку в сторону мальчишки. Пускай знает, что и добро может быть агрессивным, если припереть его к стенке.
Они сделали первый выпад почти одновременно. Андрей ринулся вперед, Тихоня скользнул в сторону. Экзорцист сперва не хотел его убивать, но теперь решил оставить исход схватки на милость судьбы. Этот мальчик оказался опасным противником. Его худое по-кошачьи гибкое тело перетекало с места на место плавно, как ртуть, стремительно, как электрическая вспышка.
-Не угрожайте мне, - сказал мальчик своим обычным голосом. – Я этого не люблю.
-Не шути, малыш, с тем, кто вооружен, - предупредил Андрей, усмехаясь.
-А я всегда вооружен, - произнес одержимый и улыбнулся, а потом растянул губы шире, и его улыбка превратилась в оскал.
Андрей сделал еще один выпад. Мальчик отпрянул и втянул живот. Лезвие просвистело в нескольких миллиметрах от кожи. Андрей сделал еще шаг, и еще, и нож, отточенный, словно бритва снова рассек воздух перед грудью мальчишки. Экзорцист припирал его к стенке.
Лампочка тонко звенела под потолком и мерно покачивалась. Изломанные тени плясали на вентилях и трубах, на выщербленных стенах и бугристом грязном полу.
Мальчик бросился в сторону, но Андрей преградил ему путь, тогда Тихоня сделал мгновенный выпад в противоположном направлении, и проскользнул под его рукой.
-Твои хозяева рискуют тобой, - сказал экзорцист, резко оборачиваясь.
-Просто знают, на что я способен, - пожал плечами Тиш. В свете лампочки его тело походило на карту города, где тонкие черные ручейки крови и следы плети прочертили линии проспектов и улиц, изгибы рек, островки микрорайонов.
Андрей снова пошел в атаку, размахивая ножом и приближаясь.
Мalefici – мальчик-монстр неизменно уходил от его выпадов.
Противники кружили по тесному подвалу, на головы сыпалась цементная пыль. Она окрасила живую карту на теле Тиша в черно-серые тона.
Экзорцист быстро наклонился и подхватил пузырек со святой водой. Он не считал ее особенно сильной защитой, больше доверяя собственноручно освященным предметам, ножам, свиткам, жезлам и амулетам. Они не раз были в деле и всегда помогали. Просто именно склянка воды подвернулась ему под руку.
Одним движением Андрей откупорил ее и плеснул мальчишке в лицо.
Человеческое тело есть творение Божье, как и человеческая душа. Где-то Андрей читал, что святая вода не может нанести ни малейшего вреда телу одержимого, и все, что показывают в кино – полная чушь. Теперь он имел возможность убедиться в этом.
Прохладные ручейки побежали по телу мальчишки, смывая кровь, и грязь, и цементную пыль. Не было ни кислотного шипения, ни ожогов. Однако одержимый дернулся, застыл, заморгал глазами, будто на миг ослеп или его парализовало. Вот оно - membrorum stupor – оцепенение членов.
Тихоня почувствовал, как внутри: в сердце? в груди? - мечутся его бесплотные постояльцы, как сталкиваются и расходятся тайные домены, похожие на звезды и туманности, несущиеся в космической пустоте.
Микрокосм и макрокосм.
Органы и такни Тихони, и глобальная сеть ИНФЕРНЕТ – суть одно и то же.
Одно в другом.

И Соня вздрогнула, когда монитор моргнул и стал перезагружаться.

А Андрей нанес скользящий удар по животу парнишки.
Тихоня мгновенно пришел в себя. Призраки покинули его, они просто отключились и затихли. Порез на животе был глубоким и, судя по ощущениям, смертельным. Джинсы мгновенно намокли от крови, она отвратительными теплыми ручейками потекла за ремень.
-Это тебе не поможет, - сказал Тихоня, выпрямляясь. – Так только хуже. Теперь я, наверно, убью тебя.
-Ты? – Андрей расхохотался. – Отрекись, дурачок, и молись, чтобы я тебя не убил.
-Ну, тебе-то я едва ли стану молиться, - Тихоня криво усмехнулся, зажимая рану рукой, и снова двинулся по кругу, медленно, пружинисто обходя противника.
-Я даю тебе шанс. Я считаю до трех, - Андрей смекнул, что не мешало бы еще раз-другой подранить одержимого, обездвижить его, лишить сил. Но не убивать, нет. Это существо давало доступ прямо к Карте секретной реальности и куда-то дальше. Возможно, непосредственно к самой секретной реальности. И он спокойно, будто давая мальчишке время, произнес. - Раз…
И в тот же миг совершил стремительный выпад. Нож – на вытянутой руке. На этот раз он целил в плечевой нерв. Пару секунд шока дадут Андрею возможность подрезать этому шустрому пацану сухожилия.

Экран мигнул. Соня вцепилась в подлокотники. «Проверка диска завершена».

URL
2010-07-19 в 23:18 

Цадкиэль
Цифровая душа
Внезапно мальчишка оторвал ладонь от своей раны и бросился навстречу Андрею. Он схватил его прямо за руку с ножом, раня пальцы, причиняя боль собственным запястьям. Андрей по инерции сделал еще шаг, хоть ощущал, что на этот раз рука прошла мимо, прямо над плечом противника.
А Тихоня скользнул еще ближе и впился в запястье экзорциста зубами.
Андрей закричал. Он всегда так боялся, что демон высунется изо рта одержимого, и укусит его. Но это было еще что, теперь его кусал сам одержимый, и это было чертовски больно!
Челюсти Тихони неотвратимо сжимались. Чтобы прокусить кожу, пришлось потрепать руку экзорциста, вгрызаясь в нее по-собачьи.
Андрей закричал, забыв о том, что жильцы дома могут услышать. Или прохожие. Или милицейский патруль, обходящий улицы.
-Звереныш! – завопил он. Это существо, этот одержимый мальчишка раздирал зубами его руку и урчал при этом, будто омерзительное голодное животное.
Нож выпал, и Тихоня втоптал его в грязь. Мышцы поддались, жесткие, как старая говядина, потом захрустели сухожилия, и зубы ощутили гладкий хрящ сустава. Тиш угомонился и отпустил искалеченную, обездвиженную руку врага. Все-таки он не вампир, его зубы не предназначены для подобных трапез.
-Я предупреждал, - сказал он, снова зажимая свою рану и демонстрируя улыбку, окрашенную алым и розовым. – Я предупреждал, что всегда вооружен.
И он снова бросился на Андрея, целя в лицо. Прямо в перепуганное побледневшее лицо.

***


Духи всегда оставляли Тихоню, когда дело сделано. Потусторонние силы не обещают защиту. Силу – да, дерзость – да, но не защиту. Но Тиш был крепкий, и более крепкий, чем думал чертов экзорцист. Он добрался до дома и смог подняться по лестнице. Кровь капала на ступеньки. Она уже свертывалась, и одежда прилипала к телу. Тиш позвонил в дверь, пачкая кровью звонок и дерматиновую обивку, ручку и косяк.
-Быстро сюда, в ванную, - сказал Илья, подхватывая безвольное тело.
Теперь Тиш мог позволить себе быть слабым. Мог позволить себе чувствовать боль и озноб от потери крови. Он хватался за дверные косяки, за раковину и край ванны. Голова кружилась, и мальчик боялся потерять равновесие, хоть Илья и держал его крепко. Тиш подумал, что его друг сильнее, чем сам о себе думал.
-Говорят, в старину дверные косяки мазали кровью, чтобы отогнать демонов, - прошептал Тиш и попытался улыбнуться.
-К черту демонов. Нет никаких демонов, - отрезал Илья. - По голове били? Тошноту чувствуешь?
Илья, этот несчастный лопух, думал, что Тиш ввязался в какую-то драку. Он был даже рад, что все так обернулось: может, если бы Тихоню не ранили, он бы никогда не вернулся.
-Со мной все нормально, - шептал мальчишка. - Ты только не отправляй меня в больницу. Не отдавай меня врачам, - Тиш боялся, что какой-нибудь залетный психиатр или кто еще обнаружит признаки одержимости. Что кардиограмма или энцефалограмма будет совершенно не такой, какой должна быть у человека. Потоки данных, существа, представляющие собой чистую информацию, сигналы, идущие из Инферно, неизбежно меняли тело носителя.
Илья подумал, что Тиш боится попасть в приют. Он ведь беспризорник, и ему всего четырнадцать лет.
-Как человек с медицинским образованием говорю - врач нам с тобой не потребуется, - сообщил Илья, стаскивая с Тиша куртку и изорванную майку. Потом стал медленно смывать с него кровь и осматривать повреждения. – Рана на животе не опасна, просто порез, но, наверное, придется ее зашить.
-Ну и черт с ним. Только гладью шей, я вышивку крестиком не люблю – это колхоз.
Илья улыбнулся:
-Надеюсь, ты никого не убил?
-Не-а. Хоть покалечил здорово, аж самому противно было смотреть, но такова жизнь, - Тихоня посмотрел на свой живот и застонал.
Илья осторожно потрепал его по относительно здоровому плечу:
-Ничего. Это пройдет, хоть и выглядишь ты, скажем прямо, неважно.
Тиш только скорбно вздохнул. Что тут скажешь? Вот и все награды - ссадины на ребрах, выступающих, как планки жалюзи под тонкой кожей. Саднящий ожог под левой лопаткой – печать дьявола в форме лягушачьей лапки. Следы от плети, глубокие борозды от капронового шнура, синяки, кровоподтеки и резаная рана на животе – мученические стигматы инфо-одержимости.

ЭТО ПОКА КОНЕЦ

URL
2010-07-20 в 09:11 

yes, bitches, I am
Я даже понял, что научусь снова краснеть *трёт щёки для натуральности*
Благодарю)

2010-07-20 в 09:39 

yes, bitches, I am
ЭТО ПОКА КОНЕЦ
Вот это слово вдохновляет. Ведь, продолжение будет? *с надеждой*

Я понял, что нет третьей части. Получается так:
1 часть. Рука Славы
2 часть. Спящая девочка
3 часть. ?
4 часть. Глядящий во все глаза
5 часть. Мученические стигматы

2010-07-21 в 21:18 

Цадкиэль
Цифровая душа
[Ловчий] Я слил несколько частей в одну (потому у меня кое-что и терялось, но потом находилось) Теперь Рука Славы входит в первую часть, которая называется "Соединение" - это Рука Славы на самом деле. Потом идет "Канон замурованных" - история про то, как Тиш попал к маньяку-чернокнижнику. "Спящая девочка" - это третья часть, а последние две остаются прежними.

URL
2010-07-21 в 21:19 

Цадкиэль
Цифровая душа
[Ловчий] Я слил несколько частей в одну (потому у меня кое-что и терялось, но потом находилось) Теперь Рука Славы входит в первую часть, которая называется "Соединение" - это Рука Славы на самом деле. Потом идет "Канон замурованных" - история про то, как Тиш попал к маньяку-чернокнижнику. "Спящая девочка" - это третья часть, а последние две остаются прежними.

URL
2010-07-21 в 21:20 

Цадкиэль
Цифровая душа
[Ловчий] Я слил несколько частей в одну (потому у меня кое-что и терялось, но потом находилось) Теперь Рука Славы входит в первую часть, которая называется "Соединение" - это Рука Славы на самом деле. Потом идет "Канон замурованных" - история про то, как Тиш попал к маньяку-чернокнижнику. "Спящая девочка" - это третья часть, а последние две остаются прежними.

URL
2010-07-21 в 21:33 

yes, bitches, I am
Цадкиэль, вот оно - прозрение! *смеётся* теперь мне всё ясно, спасибо тебе. То то я чувствую, что, вроде, по тексту всё на месте...

2010-07-21 в 21:45 

:apstenu: да вы меня до помешательства доведёте, честное слово...
ДАЛЬШЕ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

2010-07-21 в 21:52 

yes, bitches, I am
ДАЛЬШЕ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Поддерживаю)

2010-07-21 в 22:56 

Цадкиэль
Цифровая душа
Ой, я занялся слэшем. То есть, я только теперь понял, чем, похоже, занимаюсь все это время :)
А продолжения я честно говоря не придумал. мне кажется тут такой хэппи энд - враг повержен, сеть ИнФернет запущена, два прикольных героя - Илья и Тиш - в некотором смысле вместе. На уровне друзей-братьев, безяойно, но вместе. Я не придумал пока что ничего лучше.

Я теперь на Слэшворде рассказик новый выкладываю. Чистая повседневность, без мистики и фантастики. Пока что это кажется занимательным - ощущение новизны, хоть "Пасленовая долина" тоже смахивает на слэш, как я теперь думаю. Но тогда казалось, что это мистика. Когда я ее писал, я слабо представлял себе, что такой жанр - слэш - вообще есть.

URL
2010-07-21 в 23:10 

"Паслёновая долина" прекрасна.
кстати, Андрея Экзорциста Тиш замочил, что ли?! мне показалось -- просто прибил не навсегда))

2010-07-22 в 08:26 

yes, bitches, I am
Когда я ее писал, я слабо представлял себе, что такой жанр - слэш - вообще есть.
Цадкиэль, от судьбы не уйдёшь *мудрым тоном Каа*
И не скромничай, у тебя такое феноменальное смешение стилей и направлений, что охарактеризовать чем то одним и определённым язык не поворачивается. Но... рассказ тот пока не успел, обязательно выскажусь)

2010-07-24 в 13:35 

Цадкиэль
Цифровая душа
Благодарю!
Sanguiss Incarnadine Жа, Тиш экзорциста не замочил. Это как бы должно символизировать, что он очеловечивается :) Мол, пожалел его. Но цель же достигнута - Инфернет спасен.

[Ловчий] Ох, не уйдешь... :)

URL
2010-07-24 в 15:02 

тррррррребую прррррррррродолжения!!!

2010-07-24 в 15:52 

Цадкиэль
Цифровая душа
Сел чесать репу...

Sanguiss Incarnadine Попытаюсь родить какой-нибудь сюжет, но это нескоро будет. Кроме того из Тиша теперь можно будет выжать только нежный яой, даже сенен скорее.
Я в жару как-то развязался и перешел на жесточайший слэш с групповыми изнасилованиями и детской проституцией. Может, похолодает - отойду?

URL
2010-07-24 в 19:34 

yes, bitches, I am
Кроме того из Тиша теперь можно будет выжать только нежный яой, даже сенен скорее.
Я в жару как-то развязался и перешел на жесточайший слэш с групповыми изнасилованиями и детской проституцией. Может, похолодает - отойду?

Ну.. а что же, Тиша жалко что ли? *смеётся*

2010-07-24 в 19:45 

Цадкиэль
Цифровая душа
[Ловчий] Ну.. а что же, Тиша жалко что ли? *смеётся*

Читателя жалко. :)
Тиш - персонаж страдательный, продолжать его насильничать нехорошо. Вот он отыскал себе друга-чернокнижкина, и все у него теперь должно пойти по цивильному. Подвергать его и дальше жестокостям - это как-то будет нарочито, наверное.

URL
2010-07-24 в 19:48 

yes, bitches, I am
Читателя жалко. :)
Цадкиэль, ты нас явно недооцениваешь. А что если... в Тиша "дьявол" вселиться и вот тогда Чернокнижнику придётся "пострадать" *размечтался*

2010-07-24 в 19:58 

Цадкиэль
Цифровая душа
М-да... Но у меня уже есть малолетний совратитель - в "Без чувств". Не хотелось бы повторяться. И так у меня все герои одного возраста почти. Здесь, там, в Пасленовой долине. Скока можно. И все развратники. Что люди скажут? :) :) :)


Надеюсь, скажут : "Так держать!!!"

URL
2010-07-24 в 20:08 

yes, bitches, I am
Надеюсь, скажут : "Так держать!!!"
Так держать!

2010-07-24 в 22:37 

Что люди скажут?
"Афтар пешы исчо!!!" :gigi:

2010-07-24 в 23:40 

Цадкиэль
Цифровая душа
URL
   

АНГЕЛ ДАННЫХ

главная