23:13 

ЭТО НЕ СЛЭШ - ЭТО ЧЕРНОЕ ФЭНТЕЗИ

Цадкиэль
Цифровая душа
Написано уже 200 тысяч знаков. Все - не для печати, конечно. Будет готово - выложу на самиздат.

Зачем я размещаю здесь этот кусочек? ТЕСТИРУЮ.
Напишите честно - любопытно ли Вам, хотели бы вы прочесть продолжение.
Я ведт никогда не издам то, что пишу книгой. По морально-этическим соображениям. Потому мне важно знать, что я для кого-то пишу. Что это кому-то надо...


(ДОБАВЛЕНО ЕЩЕ)

В общем - вот:


РАЗУМНЫЕ ФОРМЫ


ГЛАВА 1

ЦВЕТЫ И ПРИЗРАКИ


Две минуты назад я успел оттолкнуть Хозяина с линии огня и помог ему забраться в машину. Дверца захлопнулась перед моим носом, только какая-то мелкая медная штучка, размером с небольшое яблоко, покатилась по асфальту. Я подхватил ее и сунул во внутренний карман куртки.
Одну минуту сорок семь секунд назад я вскочил на ноги и бросился бежать. Пули свистели вокруг меня. Ныло в груди около сердца, там, куда попал когда-то комочек серебра, выпущенный из самодельного пистолета сектантом-сновидцем.
Хозяина догоняли. Это была ловушка - хорошо спланированная засада. За спиной я услышал шум двигателей. Несколько машин мчались позади меня, и расстояние до них неуклонно сокращалось. Еще два авто попытались перекрыть лимузину Хозяина выезд из переулка. Но Нож, исполнявший сегодня роль шофера, оказался проворнее нападавших. Лимузин проскользнул, хоть и с ободранным боком. Пули отскакивали от брони с каким-то болезненным ледяным звоном.
Одну минуту сорок секунд назад звук двигателя за спиной стал невыносимо громким, и я понял, что пора прыгать.
Мои преследователи, бойцы гильдии Садовников, понимали, конечно, что меня не так просто сбить. Я взвился в воздух и перелетел через первую машину, оттолкнулся от ее багажника и приземлился на крышу другой. А уж оттуда встречный поток воздуха сдул меня вниз, и я получил возможность откатиться в сторону, уходя от пуль и от колес следующей машины. Это произошло одну минуту тридцать четыре секунды назад.
Все происходило очень быстро. Вокруг меня мелькали фары, прожектора, установленные по периметру Башни, молнии и оранжевые предупреждающие фонари на высокой ограде собачьего питомника. И тогда я понял, что мне некуда бежать.
Если быть точным, а Хозяин любит точность и требует этого от других, я понял, что мне некуда бежать минуту и тридцать четыре секунд назад.
С правой стороны возвышалась одна из циклопических вышек, снабжающих город электричеством. Ее шпиль тонул в низких тучах, подсвеченных сполохами молний. Башня была обнесена пятиметровой бетонной стеной. Я бы не стал перебираться через нее, даже если бы было за что зацепить мой кнут. Там, по ту сторону стены, сплетения проводов под током, трансформаторы и прочая опасная дребедень, через которую не продерешься на большой скорости. Да еще и охранной системы Башен я не знал. Ее никто не знал, и я тоже.
Про собачий питомник я вообще молчу. Там воспитывали огромных злобных тварей, мутантов и гибридов по большей части. «Собачий питомник» - образное название, дань традиции. В нашем городе вообще не принято держать в домах безопасных зверюшек.
И я бросился дальше, к оранжерее, расположенной за питомником. Черт, оранжерея – собственность Садовников. Конечно, это ловушка. Даже хуже – глупая ловушка, угодить в которую позорно для Умертвителя.
Но я бежал на максимально возможной для человека скорости в сторону оранжереи, поскольку мне просто некуда больше было бежать. За моей спиной медленно и неотвратимо катился грейдер с гигантским скребком, а впереди и позади него – машины Садовников, из которых все еще постреливали. Конечно, враги не видели меня, одетого в черное мастера маскировки. Да и сам я умел не подворачиваться под шальные пули. Но положение мое это этого не становилось лучше.
Одну минуту двадцать две секунды назад я свернул в узенький промежуток между оградой питомника и стеной оранжереи. Через несколько шагов под моими ногами разверзся люк. Я перескочил его, каким-то чудом не сбавляя скорости. Перекатился дважды через голову и понесся дальше. Скоро проход сузился и я понял, что через пару десятков метров мне придется перемещаться боком.
Тем временем машины с моими преследователями остановились напротив щели, в которой скрывался я. Свет фар выхватил из темноты мою удаляющуюся тень. Я был просто идеальной мишенью в ту минуту. Но что-то подсказывало – Садовникам мало просто убить меня. Кажется, их интересуют кое-какие секреты Хозяина, и они охотно вскроют меня, выпотрошат еще живым, дабы узнать-таки как же устроены существа, подобные мне.
Одну минуту тринадцать секунд назад в стену рядом с моим плечом врезался миниатюрный гарпун. От него к оружию стрелявшего тянулась белесая нить. Преследователи надеяться вытащить меня из укрытия подобным образом? Не скрою, метод эффективный.
Одну минуту одиннадцать секунд назад я увидел справа от себя нишу в стене. Еще один гарпун пронесся мимо. Я прижался спиной к бетону, но оказалось, позади не стена, а вращающаяся дверь.
И я, чувствуя себя спасенным, рухнул в темноту.
Но мне хватило минуты, чтобы ощупать стены каменного мешка и убедиться – выхода нет. Дверь, разумеется, заклинило.
И я понял, что, наконец, попался.

***


В принципе, погибнуть, спасая вещь Хозяина – это почетно. Мне не о чем жалеть. Хоть, если честно, спас я не вещь, скорее – вещицу. Даже сам не знаю что.
Я порылся во внутреннем кармане куртки. Вокруг было совершенно темно. Мои глаза быстро привыкают к темноте, но, чтобы различать хоть что-то, необходим источник света, пусть, тусклый и далекий. Но тут никакого не было. Идеальный бетонный куб 4 на 4. Судя по тому, как распространяется здесь звук, потолок тоже находился на высоте метров четырех. На полу валялись расползающиеся сухие листья.
Но предмет, оброненный Хозяином, я все же вынул и ощупал. Это было нечто вроде миниатюрного чайничка из меди. Милая вещица. У Хозяина много милых вещиц. Одни самовозгораются в руках чужака, другие источают яд, третьи бьются током, четвертые взрываются. На пятых просто лежит проклятие.
Этот предмет был совершенно безопасным. То есть я, судя по всему, отдал жизнь ради какого-то говна. Я в сердцах швырнул чайничек о стену, но сразу раскаялся. У меня что, есть кто-то кроме Хозяина? Кто-то ближе? Разве не он заботиться обо мне с тех пор, как Учитель продал меня ему? А ведь Хозяин, в отличие от Учителя, никогда не причинял мне боли и не проводил надо мной никаких чудовищных процедур. И такая моя благодарность?
Я поднял вещицу и аккуратно протер ее пальцами.
В этот миг чайничек засветился ярким золотым светом. От него полетели искры во все стороны – золотые, рубиновые и изумрудные. Я, конечно, немедленно отшвырнул подозрительную штуковину подальше от себя.
Бетонная темница озарилась волшебным светом. Из штуковины, о назначении которой я до сих пор не подозревал, повалил дым. Но то был не черный и смрадный дым, к какому я привык, живя в Эльме. Чудесный ароматный туман змейкой поднимался к потолку. Он пах корицей, миндалем и шафраном, и ронял разноцветные искры.
Через несколько секунд из дыма сформировалась голова, плечи, весьма изящный торс и руки, скрещенные на груди. Тогда-то я и сообразил, что за вещица попала мне в руки. До того мне случалось не раз видеть гостей из иномира, а также выходцев из некромира. В Эльме спиритизмом и некромантией никого не удивишь. Но джинна я видел впервые. Я и не верил в них, собственно, что несколько странно для жителя Эльма.
Но вот он колыхался под потолком в золотом сиянии. Длинные, ниже лопаток волнистые волосы, черные, как смоль. Безукоризненное светлое личико с высокими изящно изогнутыми бровями и прямым тонким носом. Полные губы, миндалевидные глаза – зеленые, как малахит. И необычайно красивое тело. Во всяком случае, верхняя его часть, поскольку нижняя была дымом. Но талия, гладкая грудь и плечи выглядели очень соблазнительно.
Он был увешан драгоценностями, которые, похоже, и составляли всю его одежду. Массивные браслеты, ожерелья в несколько рядов, серьги, цепочка на тонюсенькой талии, кольца на каждом пальце. И в этих побрякушках чистейшего золота чувствовалась некая архаическая красота.
-Слушаюсь и повинуюсь, мой повелитель… - голос у него был совершенно мальчишеский. Все прочее – тоже. Например, меня он разглядывал с некоторым изумлением, подняв тоненькую бровь, однако по-прежнему держал руки скрещенными на груди - важничал. Не ожидал увидеть новое лицо. До сих пор его повелителем был, конечно, Хозяин.
-У меня, понятное дело, только три желания, так? - вздохнул я, разглядывая висящего в метре надо мной паренька.
-Вижу, ты все знаешь о джиннах, - язвительно заметил он.
Такого ответа я никак не ожидал. Ну, мальчишка мальчишкой!
-Меня убьют через полчаса, максимум – через час, - вздохнул я.
-Хочешь, чтобы я спас тебя?
-Нет. Куда я пойду? Я никуда не хочу, честно говоря. Пусть все будет, как будет.
-О? – удивился он. – Богатство, славу и мировое господство даже и не предлагать?
-Даже и не предлагай, - кивнул я.
-Это хорошо. Все равно я этого не могу. У нас, у джиннов, свои правила, - многозначительно сообщил он из-под потолка.
-Понимаю, - кивнул я.
-Значит, - предположил он, - три твоих ПОСЛЕДНИХ желания будут какими-то особенными?
Он сделал ударение на слове «последних», и я его за это не винил. Правду парень говорит, понимая мою ситуацию.
-Ну, как тебе сказать…Оно у меня всего одно.
-Вот как? Говори.
А я поманил его рукой, чтоб он склонился к моему уху. Парень же в метре над моей головой висел. Он немного снизился.
-Ближе, ближе.
Он опустился еще ниже, стал почти вровень со мной, и я потянулся к его уху. Джинн не отпрянул. Кажется, его забавляла эта ситуация. То ли еще будет, красавчик! Надеюсь, он не читает мысли?
Я приблизился к его уху и шепнул:
-Давай займемся любовью.

URL
Комментарии
2011-04-09 в 16:46 

Цадкиэль
Цифровая душа
Утром Айшель открыл глаза и немедленно произнес:
-Решено!
-А? – не понял я.
-Я все обдумал и решил, - кивнул он мне очень серьезно. – Джинн – это ведь не профессия! Даже Могущественный Джинн. Я останусь в Эльме, с тобой, навсегда, но мне же надо будет кем-то работать!
-Зачем? – не понял я.
-Как? Чтобы быть при деле. Вот я и решил, подучиться и стать танцовщиком. Мне кажется, у меня все получиться.
-О, Светозарные! Отличная мысль, - согласился я.
-Только, знаешь, в некоторых мирах девицы, которые танцуют в кабаках… они вроде проституток…
-Нет-нет! У нас не так. Ты будешь пользоваться огромным уважением. Люди Эльма к искусству почтительны.
-Прекрасно!
Айшель направился в ванную. В черную ванную, путь куда я благополучно и навечно забыл сразу после того, как явил миру Сто четырнадцать пальцев. Артефакт и теперь еще лежал в стиральной машине. Или то, что от него осталось… Помню, я залил в кювету для стирального порошка ароматный зубной эликсир. Но и после этого я не смог бы прикоснуться снова к гирлянде из костей.
Оказалось, за ней-то Айшель и ходил.
-Смотри-ка, и правда совершенно не пострадало! – прокомментировал он, появляясь на пороге.
Я отвернулся, не в силах смотреть на некромантерскую реликвию. Айшель все понял и торопливо спрятал Сто четырнадцать пальцев в один из ящиков комода. Потом он приблизился, обнял меня, прижимаясь к моей спине, уткнулся лицом в мое плечо.
-Айшель, а ты можешь вылечить человека? – спросил я. – Например, добыть какое-нибудь лекарство…
-Ох, в принципе, да. Но… - он запнулся, а потом произнес трагическим голосом. – Но, Кнут, я никогда не видел мира, где медицина была бы на таком уровне, как у вас! Все эти эликсиры, продлевающие молодость, алхимические тинктуры, способные изменить цвет волос и глаз. И магические препараты, и заклятые вещества, и все прочее, про что я читал в книгах Агаты. Таких штук даже в сказках других миров нет! Тем более – в жизни. Так что я не могу добыть лекарство, которое было бы лучше здешних препаратов.
-Вот это номер! – удился я. – Мне казалось, в нашей медицине ничего особенного нет.
-Как бы не так, - он разомкнул объятия.
-А кровь дракона и глаза медузы? – спросил я, припоминая сказки, какие мне доводилось слышать. – У нас не водятся драконы, а медузы все как одна – без глаз!
-А это все шарлатанство, - отмахнулся джинн. – Добывал я это сто раз. Мои хозяева все надеялись вечно жить. И где они? Уже и внуки их поумирали.
-Так, придется лечить моего братишку обычными методами.
-Ваши обычные методы, - напомнил Айшель, - превосходит мечты любого сказочника!
После этого мы оделись и пошли кормить Стилета завтраком.
Вчера Нож оставил на тумбочке возле его кровати колокольчик, но мой младший братец еще не звонил, и я даже забеспокоился.
Оказалось, что он погружен в размышления, и изучает гобелены, завешивающие фальшивые окна. На гобеленах изображались сцены из какого-то чудовищного спектакля. Маленькая девочка блуждала среди огромных растений и грибов. Во всем этом было нечто жуткое, но Стилет, очевидно, нашел в подобной гиперболе глубокий философский смысл.
Я заказал завтрак, и мы расположились прямо там, в спальне моего младшего брата. Айшель для виду даже съел несколько кусков человеческой еды.
Я рассказал Стилету о засаде Садовников, но вопрос о том, откуда взялся мой возлюбленный, опустил. Выходило так, будто я подобрал его где-то по пути, и дальше мы действовали уже вдвоем.
О том, как мы столкнулись с призраками, Стилет слушал, открыв рот. Но мы закончили наш рассказ на том, как призрак в броне отпустил нас.
-Дальше – завтра, - сказал я. – Если сразу все рассказать, тебе станет скучно. Кроме того, я сейчас пойду посмотрю на съезд врачей, которым Нож собирался тебя показать. Хочу поглядеть, что это за типы.
-Айшель, посиди со мной, - попросил Стилет.
-Э! Знаю я тебя, - я покачал головой. - Ты из Айшеля вытянешь продолжение истории, а потом станешь упрекать, что тебе с нами скучно.
-Нет!
-Да!
И тут Айшель тихо сказал:
-А я много сказок знаю. И всяких вымышленных историй. Мне будет, что рассказать…
Я поцеловал его, пообещал скоро вернуться, и устремился в холл «Харона».
Окна там были узкие, но высокие, джинну это показалось бы крайне неуютным. Огромное открытое пространство открывалось взору посетителя. Лужайка, парк, а с другой стороны – озеро.
Пол и стены холла были выложены черным и белым камнем и инкрустированы зловещими узорами из сплетающихся змей, стеблей ядовитого плюща и хищных цветов. По местному Стиксу, медленно дрейфовали лиловые и розовые лепестки. Эти утонченность и печаль соответствовали вкусу Ножа, но на меня навевали тоску.
За обширной лужайкой раскинулся парк, который пересекала река. Она начиналась прямо в холле, била из скалы, вмонтированной в стену. Поговаривают, будто скала и родник настоящие, а «Харон» возвели вокруг них двадцать лет назад. С самого начала это было заведение, предназначенное для того, чтобы скрываться здесь или проводить тайные совещания.
«Харон» располагался недалеко от Обители праведных – обширного района, облюбованного сектантами, то есть, на северо-востоке Эльма. Наверное, с крыши отеля в ясную погоду можно было разглядеть выдающийся в море Вороний утес. Оттуда, с высоты в тринадцать этажей, говорят, вообще открывался прекрасный вид. Но мне почему-то неинтересны были местные красоты, которыми не может полюбоваться Айшель.
Для своих кварталов сектанты выбрали место, отделенное от города обширными пустырями и разрушенными районами. Когда-то, лет пятьдесят назад, ураган серьезно повредил этот сектор Эльма. Именно среди обширных пустошей был возведен «Харон». Местность здесь была холмистая, повсюду лежали крупные белые валуны. Из каменных глыб оказались сложены и особняки, раскинувшиеся по ту сторону парка, я видел их верхние этажи. В некоторых окна были разбиты, крыши провалились, а из дыр торчали ветви деревьев и плети вьющихся растений.
Гостиница стояла на самом высоком холме, и ведущая сюда дорога вилась серпантином по склону. Я различил за деревьями несколько автобусов, в каких обычно путешествуют участники различных мероприятий.
Попадаться кому-либо на глаза не хотелось. Несколько сотрудников «Харона», стоящих за стойкой и снующих поблизости, не обращали на меня никакого внимания. В новом костюме от Ножа я походил на высокооплачиваемого слугу из тех, которые одновременно могут быть и поварами, и телохранителями, и кем-нибудь еще по необходимости. В таком контексте то, что я – алхимическое существо лишь повышало мою ценность. Я казался окружающим чьей-то очень дорогой собственностью.
Автобусы приближались. Я следил за ними и размышлял о своем будущем. А в тот момент оно выглядело как никогда неопределенным. Большей неопределенности я и вообразить себе не мог. Перед моим внутренним взором вдруг разверзлась бездна. Я осознал, что, перепоручив себя Ножу, утратил всякую власть над завтрашним днем. Я ничего больше не могу планировать и не в праве чего-либо ждать. И еще хорошо, если мое будущее в руках Ножа. Боюсь, Нож занят своими делами, а я нахожусь в некоем подвешенном и никем не контролируемом состоянии. В любой момент может произойти все, что угодно. А я теперь сам не знаю, кто я, и не ведаю – как действовать в случае чего.
Наконец, автобусы достигли вершины холма и свернули на стоянку, находившуюся вне поля моего зрения. Но через несколько минут боковая дверь распахнулась, врачи стали входить в холл, неторопливо и важно. Каждый тащил свой саквояж в одной руке, а другой катил чемодан на колесиках.
Я слился со стеной, исчезнув из поля зрения всех присутствующих, а сам с немалым интересом изучал гостей семинара.

URL
2011-04-09 в 16:46 

Цадкиэль
Цифровая душа
Первым вошел Инквизитор в коричневой рясе, отороченной норкой и с докторским саквояжем в руке. Разумеется, можно было ожидать, что среди Инквизиторов имеются врачи, учитывая специфику их труда, но я все равно был заинтригован.
Инквизиторы расследуют преступления против морали и, если вина доказана, карают виновных. При этом они всегда принимают во внимание веру, профессию и воспитание обвиняемого. Некромантов они судят по некромантерским законам, Сновидцев – по сновидческим и так далее. Но Умертвители никогда не попадали в поле зрения Инквизиторов, ведь нам закон как бы и не писан, у нас нет никакой веры, никакого воспитания и, как следствие, не должно быть моральных норм. Хотя, может, я ошибаюсь и дело в том, что мы не являемся гражданами?
За Инквизитором вошла чопорная дама в синем пальто, потом мужчина, больше похожий на мясника, чем на лекаря. Мне становилось все более страшно за моего младшего братишку. Я уже проклинал Ножа, созвавшего этот безумный семинар.
Стоило подумать об этом, как рука Ножа легла на мое плечо:
-Я послушаю, о чем они толкуют, и выберу одного или нескольких, - шепнул он. – Среди этих светил должен быть хоть кто-то толковый, кто поможет Стилету! Хочешь, тоже послушай.
Вошли женщины-близнецы, сросшиеся спинами, отчего они шагали очень медленно и боком. А за ними – толстяк и плотоядной ухмылкой. Потом в дверном проеме возник человек со злобным лицом и всклокоченными волосами.
Я, конечно, сразу смекнул, что Нож не является официальным организатором этого мероприятия. А тут как раз откуда ни возьмись выскочил коротышка со сладенькой улыбкой прожженного мошенника, и стал пожимать руки входящим лекарям.
Я окинул взглядом Ножа и увидел, что он тоже одет врачом, и в его руках также был саквояж. Более того, старший из Умертвителей волок за собой дурацкий клетчатый чемодан.
Дверь открылась снова, и в нее вошел улыбающийся доктор Люций – друг Агаты и большой знаток по части отращивания утраченных ушей и пальцев. Под руку его держала благообразная местрисса Гиасциана с песиком.
Тут я вспомнил, что они ведь, и правда – врачи. Я совсем забыл об этом, и сие явление немало меня удивило.
-Позже! – шепнул я Ножу. – Кажется, я придумал, куда девать То существо.
-Работай! – кивнул он.
Я молниеносно скользнул в коридор, а оттуда – на лестницу, ведущую в подземный этаж, где разместились мы с Айшелем и Стилетом. По пути я перепрыгнул реку, и горничная посмотрела мне вслед с осуждением.
Все дело в том, что Люций и Гиасциана считают меня покойником! Не думаю, что проницательная Агата рассказала им о том, что я Умертвитель. Да и сами они посчитали бы нетактичным спрашивать у девушки, куда она дела мой труп.
То, что они считали меня мертвым, было даже хорошо. Я надеялся, слух о моей бесславной кончине дойдет до Хозяина. Главное, чтоб подробности не дошли. Агастес ведь знает о моей резистентности к эктоплазме.
Теперь я торопился в свой номер, чтобы рассказать Айшелю и Стилету занимательную историю из жизни. Сказку о существах, встреченных мною в холле.


***


Я с порога сообщил Айшелю, что на семинар прибыли Люций и Гиасциана, которые, несомненно, считают меня мертвым.
-На меня прямо на их глазах бросились три призрака, - уточнил я для братишки. – Трое Псов, которых мне пришлось убить в подземке. Понимаешь, Псы бы выдали нас…
Глаза Стилета увеличились вдвое:
-Ты должен рассказать мне про это немедленно, иначе я покончу с собой!
Я понимал, что братец врет, он наверняка уже передумал сводить счеты с жизнью. Когда я вошел, он лежал, откинувшись на подушки, с блаженным выражением лица, и слушал рассказ джинна. Айшель сидел в кресле поодаль, и речь его лилась, подобно медовому потоку. Он перетащил телевизор из гостиной в спальню Стилета и пристроил на столик у изножья кровати. Я увидел, что телевизор идет без звука. На экране мелькали девицы в пестрых платьях и париках. Очевидно, это был канал музыкальных роликов. Айшель внимательно изучал их движения. А зря, девицы танцевали не особенно технично – больше кривлялись.
-Нет, - передумал Стилет. – Сначала ты, Айшель, доскажи, что было с рыбаком, застигнутым грозой.
-Ну, это ведь был грозовой фронт, ты понимаешь. И его вынесло на ту сторону…
-О! Так это ж самое интересное!
-Погодите! – потребовал я. – Айшель, запомни, на чем ты остановился.
-Ага, - он оторвал взгляд от телевизора и уставился на меня. Малахитовая рубашка, нежный блеск малахитовых глаз. Джинн задумчиво накручивал на палец прядь волос и улыбался. Он был бы бесценным сокровищем, даже если бы не умел исполнять желания.
-У меня возникла идея, - сказал я. – Охрана арены слишком дорого обходится нашей гильдии. Туда постоянно пытаются пролезть любопытные. Ножу пришлось задействовать чуть ли не половину всех бойцов, он жаловался мне вчера. А бойцы наши - болтуны, они знакомятся с задержанными и треплют им невесть что!
Например, они рассказали о некоей пропавшей вещи, которая исполняет желания. Я не упомянул о содержании сплетен в присутствии Стилета, да и джинна не хотелось тревожить. Однако сам я был как на иголках после того, как услышал эту новость. Теперь желающих заполучить лампу станет ой как много!
-А Нож ведь до сих пор не придумал, кому сдать это существо для опытов! – напомнил я.
-И это обязательно должны быть жуткие и бесчеловечные опыты, - вставил Стилет и немедленно застонал, откидываясь на подушки, чтобы показать, как он через эту тварь страдает.
-Конечно! – заверил я. О том, что у некросущества нет болевых рецепторов, ему знать не обязательно. – Так вот, я, кажется, сообразил, куда можно сплавить этого потустороннего урода! И это будет уж самое жуткое место, какое можно вообразить! Бесчеловечнее не придумаешь!
-Да! – застонал снова Стилет. Ему уже все больше нравилось его нынешнее положение.
-И где это? – осторожно поинтересовался Айшель.

URL
2011-04-09 в 16:47 

Цадкиэль
Цифровая душа
-Местрисса Агата водит личную дружбу с призраками. Думаю, им пригодятся части некротвари для расширения Некросети. И Агата сможет хорошо заработать на изготовлении некромантерских аппаратов из такого редкого сырья.
-Но это может быть опасно, - напомнил Айшель.
-Мы имеем здесь дело с профессионалом. Надо только привести ее, показать тварь, а там уж она сама решит.
-Я напишу ей письмо, - сказал Айшель.
Я не стал напоминать о том, как он провел вчерашний вечер. Боюсь, не одна неделя уйдет на сочинение двустрочного джинньего шедевра.
-Объявление в «Звездочете» подкрепит слухи о существе, которое держат на арене Оружейники. А миротворцы уже протянули к горлу Ножа свои жадные лапки! Кроме того, Агате стоит лично посмотреть на эту тварь.
-Пожалуй, - согласился Айшель. – Надо съездить к ней?
-Теперь это особенно опасно, да и Нож не отпустит, - я не стал ничего уточнять. – Но у Люция можно узнать номер ее телефона или номер телефона ее аптеки, и просто пригласить Агату в «Харон»!
-Почему у вас до сих пор не изобрели телефоны без шнура, сообщающиеся посредством колебания невидимого эфира? – вздохнул Айшель.
Я ничего не понял, а Стилет произнес:
-Радиоволны. Невидимый эфир – это из старых книжек. Айшель, ты что, не догадываешься? Электромагнитное поле! Оно создает помехи, потому все телевизоры, радиоприемники и телефоны соединяются проводами. Антенны оказались ерундой, на больших расстояниях они вообще совершенно неэффективны.
Вспомнилось видение на экране, заменяющем лицо призрака, и сразу стало не по себе.
-Ребята, от сказок и науки, перейдем к реальности, а? – прервал их я. – Мне нельзя показываться на глаза старухе и Люцию. Айшель, придется тебе пойти туда и поговорить с ними. А я буду прятаться поблизости.
-А я? – спросил Стилет. – Где буду я?
-Здесь. Будешь читать журналы мод.
-Фигу.
-Братишка, это дело жизни и смерти! – напомнил я.
-Нет, это я, я ваше дело жизни и смерти! Моей жизни и моей смерти!
-Но, Стилет, подожди нас полчаса, - взмолился Айшель. – Нам потом будет что тебе рассказать. Там ведь не сказки, пойми. Это ж самые настоящие врачи будут обсуждать самые настоящие открытия!


***



Единственное, что тревожило меня – окна в холле и конференц-зале. В зале я не был, но холл, несомненно, не понравится джинну.
Айшель, действительно постарался минуть его как можно быстрее. Он шел, не поднимая глаз и лишь изредка косясь на меня. Я спросил у портье, где проходит семинар, и он указал нам вглубь второго коридора.
-Эта река – так себе, - прокомментировал Айшель. - В сочетании с высокими окнами, она никуда не годится, слишком пафосно. Лучше бы стилизовали холл под таинственный подземный грот.
Я с удовольствием отметил, что мой возлюбленный успел набраться словечек из модных журналов. Это означало, что Айшель заинтересовался местными архитектурными изысками и актуальными нарядами. Сам я думаю, что окна были так велики, чтобы из холла было видно, как река вытекает наружу и сбегает меж холмов, расширяясь и вбирая в себя мелкие ручьи.
-Сюда, - я распахнул перед Айшелем дверь и исчез.
Он тихо вошел, и я скользнул за ним, немедленно скрываясь за толстой лиловой портьерой, которой была задрапирована стена.
Нож сидел в последнем ряду, и я переместился так, чтобы оказаться у него за спиной. Разумеется, старший из Умертвителей контролировал каждую мелочь, и ничто не ускользало от него. Он немедленно заметил Айшеля, тихо окликнул и поманил к себе. Джинн сел рядом с ним, а я оказался в одном шаге за их спинами.
В это время на трибуну поднимались для доклада сросшиеся близнецы, поэтому появления Айшеля никто не заметил. Две почти одинаковые дамы медленно и неуклюже карабкались по ступенькам. Это зрелище захватило всех присутствующих.
Я пригляделся и увидел, что два лица женщины здорово отличаются друг от друга, причем, - и это самое странное – возрастом! Одна из близняшек была лет на тридцать старше другой! Юное лицо несло на себе выраженные признаки умственной отсталости. С пухлых розовых губ, искривленных и приоткрытых, текла слюна. Взгляд не фокусировался ни на чем дольше нескольких секунд. Лицо постарше было умным, холодным и немного хищным, с цепким взглядом и презрительно поджатыми губами.
Именно старая стерва читала доклад, как я и предполагал. Но за хитросплетением риторики и терминологии смысл угадывался с трудом. Я понял только, что ее, как и все человечество, волнует проблема старения. Тут она загнула – на счет всего человечества. Меня эта проблема уже сутки не тревожила, а Айшеля так и вообще никогда. Дама долго называла всякие препараты, которые применялись для ее эксперимента, а потом подытожила:

URL
2011-04-09 в 16:48 

Цадкиэль
Цифровая душа
-Новое тело формируется постепенно, и, на последнем этапе отпачковывается от старого. При помощи некоторых манипуляций сознание переносится с дряхлого носителя на молодой. Разумеется, мозг обоих тел совершенно идентичен, разница лишь в возрасте.
Все захлопали, а Айшель прошептал:
-Какая гадость!
Дама повернулась так, чтобы все мы могли видеть ее сменное тело с отвисшей челюстью и капающей слюной, будто кого-то такая картина могла восхитить.
-Для того, чтобы запустить процесс роста двойника, были отщеплены некоторые нервы, проходящие в спинномозговом канале, а на спине крепился специальный сосуд. Именно внутри этого сосуда двойник повторял внутриутробные стадии развития.
-Зря я ел, - вздохнул Айшель.
-Питание на первых порах осуществлялось через миниатюрные пиявочные инъекторы. Но только до тех пор, пока двойник не сформировал кровеносную систему. В данный момент он, фактически, паразитирует на старом теле. Но это не важно, ведь старое тело и так одряхлело…
-Да, туда ему и дорога, - хмыкнул Нож.
-В процессе отпачкоывания будут разорваны нервные волокна и кровеносные сосуды, управляющие развитием двойника. Витальная энергия перейдет в молодой организм, одновременно из старого тела будут перекачаны наиболее ценные вещества. После этого оно отомрет и отпадет…
-Меня сейчас впервые в жизни вырвет, - шепнул Айшель.
-Терпи, - ответил ему я из-за портьеры.
Я видел, что последние ряды кресел заняты людьми без саквояжей. Конечно, тут собрались возможные покупатели, и именно перед ними выступали участники семинара. Омерзительное изобретение двойняшки, судя по оживлению в зале, многим показалось вполне перспективным. Впрочем, демонстрационные образцы всегда были только эффектным рекламным трюком. И у каждого врача имелись козыри, которые ни я, ни прочие дилетанты не могут себе даже представить.
Это в очередной раз подтвердил Люций, вышедший к трибуне после сросшихся докладчиц. Он говорил лишь о регенерации кожных покровов и еще о чем-то столь же обыденном. Регенерацией ведь никого не удивишь – повреждения на телах Умертвителей зарастают без отметин и шрамов.
Следующим выступал толстяк в модном костюме. Он выкатил на сцену агрегат, сплошь состоящий из пиявок, присосок, щупалец, трубок и сообщающихся резервуаров. Этим прибором предлагалось чистить жидкости тела – тоже с целью омоложения.
Мне это было малоинтересно, и я решил полюбопытствовать тем, что находится в соседнем помещении - в той комнатке, откуда докладчик выкатил свой прибор. Я подобрался к двери и скользнул в нее, никем не замеченный. Черная тень на фоне серых стен, задрапированных материей. А дверь могло приоткрыть и сквозняком. Я чувствовал себя все более уверенно в новом наряде от Ножа.
В подсобке хранились образцы и наглядные пособия, которые врачи планировали демонстрировать во время своих докладов. Здесь же сидела собачонка Гиасцианы. Она облюбовало один из стендов и в тот момент, когда я вошел, грызла нечто похожее на мумифицированную конечность мутанта. Но я помнил, что это мелкое создание отличается завидным хладнокровием. Кроме того, я в любой момент мог ее удавить. Впрочем, собачонка не издала ни звука при моем приближении, и я успокоился.
Назначение большинства приборов осталось для меня тайной. Одни напоминали живые существа, другие – груду разнообразного мусора. Третьи не походили вообще ни на что. Собачонка оставила в покое конечность и принялась за черное желеобразное вещество, лежавшее в металлическом поддоне. Похоже было, что этот кусок дрожащей тьмы извлекли из кого-то при вскрытии. Или, может из чего-то? Из какой-нибудь некротвари?
Смотреть на пиршество пушистого уродца было неприятно, и я вновь вернулся в зал, устроился позади Айшеля.


***



Скоро объявили перерыв. Джинн вскочил и направился прямо к Люцию и старушке. Я видел, как он опечаленно кивает и принимает соболезнования.
-Это существо все комфортнее чувствует себя здесь, - прокомментировал Нож. Он остался сидеть на своем месте. – Твой Айшель. Боюсь, он покорит наш мир своим очарованием, а?
-Нож, что это за фантазии? – спросил я. – Почему ты его так ненавидишь? Вот Стилет сразу хорошо к нему отнесся, и Струна тоже.
-Уж конечно! На то все и рассчитано. Спроси у него на досуге, зачем ему надо во что бы то ни стало эволюционировать, и побыстрее.
-А ты думаешь – зачем?
-Не знаю. И не уверен, что хочу знать. Надеюсь, - и в голосе Ножа послышались человеческие нотки, - надеюсь, я до этого не доживу.
Он поднялся и вышел.
Я наблюдал за джинном. Безвредный милый мальчишка, ума не приложу, отчего он пробуждает в моем старшем брате все эти апокалипсические видения? Совершенно очевидно, что Айшеля волновали лишь я и развлечения, к прочему он был глубоко равнодушен. Вот уж кому богатство, славу и мировое господство даже не предлагать!
Джинн взял из руки Люция карточку с серебристым обрезом и стал прощаться. Он и теперь выглядел опечаленным, действительно неплохо играл. Потом он вышел из зала, и я выскользнул за ним, но нагнал своего спутника только в коридоре. Врачи разбрелись по холлу, и я не хотел отбрасывать иллюзию своей невидимости при них.

URL
2011-04-09 в 16:48 

Цадкиэль
Цифровая душа
-Айшель! – окликнул я, когда мы оказались одни.
Он остановился и обернулся ко мне:
-Ох, вот ты! Ты меня пугаешь, когда делаешь так. В зале я слышал твой голос, но никак не мог сообразить, где ты!
-Я был за драпировкой. А ты получил номер?
-Конечно! Они мне соболезновали и даже сказали, что я непременно отыщу сегодня мастера, который вырастит мне такого же возлюбленного. Или хотя бы похожего.
-Ах, вот как!
-А я сказал, что мне новый не нужен, я только к тебе привязан.
Я немедленно обнял его. Несколько секунд мы стояли перед лестницей, ведущей на подземный этаж. Со стен на нас смотрели лица Медуз, змеи и переплетающиеся хищные растения с глазами и зубами. Мне уже начинал надоедать этот «Харон».
Мы спустились в свой номер и немедленно направились к Стилету, но он крепко спал.
-Сон – лучшее лекарство, - прошептал я, прикрывая дверь его спальни и увлекая джинна в гостиную. – Так у нас говорят. А наши врачи, как ты сам говорил, знают толк в лекарствах.
-Но в остальном они производят жуткое впечатление, - признался джинн. – Но я подумал, что Люций – как раз тот, кто нужен Стилету. Он же восстанавливает ткани.
-Верно, - согласился я, но вяло. Нож мне все настроение испортил своим злословием. – надо позвонить Агате.
-Научи меня, - попросил Джинн.
Мы вышли в прихожую, и я показал ему, как пользоваться телефоном. Вообще-то я никогда не любил телевизоры, телефоны и радио, а уж теперь, после встречи с призраками – и подавно. Шум и эфирные помехи неизменно вызывали во мне какие-то жуткие ассоциации. Допускаю, что во мне говорили черные фракталы, намертво сплетенные с ДНК Умертвителя. Но прежде дурные предчувствия при виде ряби на экране были необъяснимыми. Теперь же они вызывали во мне вполне определенные ассоциации. А уж от голоса на коммутаторе того, кто послабее и вовсе бросило бы в дрожь.
Но Агата не отвечала. Номера аптеки Люций не знал, а дома местриссы не было. Очевидно, в это время суток она находилась на службе.



***


Несколько часов спустя явился Нож уже без саквояжа и чемодана. До завтрашнего утра врачи были предоставлены сами себе, и мой брат решил расслабиться в нашей компании.
Вообще-то все эти доктора с их ужасающими наглядными пособиями меня здорово тревожили. Я бы их без присмотра не оставлял на месте Ножа. Более того, на его месте я ни за что не собрал бы их в своем отеле. От таких людей нельзя ожидать ничего хорошего. Но мой старший брат был слишком занят своими измышлениями на счет Айшеля. Джинн казался ему глобальной угрозой, потому, наверное, Нож перестал обращать должное внимание на мелочи вроде ядов, подозрительных приборов и некротехнологий.
-Завтра мне придется возвращаться в гильдейский дом, - сказал он. – Хозяин ждет новостей. Да и страшно все там оставлять надолго без присмотра. Он ведь, и правда, повредился в уме.
Мы рассказали Ножу о том, что Люций мог бы помочь нашему младшему.
-Он отращивает уши и пальцы, думаю, восстановить поврежденную мышечную ткань ему вообще раз плюнуть, - сказал я.
-Но там и желудок поврежден, - напомнил Нож. - Желудок, селезенка и, конечно, мышцы.
-Пусть он попробует, - предложил Айшель. – Из них всех он наименее похож на спятившего шарлатана.
-Вот тут мальчишка прав, - признал братец. – А что там с существом? Нашли покупателя?
Я в двух словах объяснил Ножу суть дела, а джинн тем временем набирал номер Агаты. Ему очень понравился телефон, упрятанный в прихожей в изящной стенной нише. Там все было увито цветами, а по обе стороны от ниши горели бра из хрусталя и серебряных завитков. Айшель сидел на пуфике подле телефона, поджав ноги, и теребил искусственные цветы работы лучших мастеров Эльма.

URL
2011-04-09 в 16:49 

Цадкиэль
Цифровая душа
-Агата! Агата! – вдруг закричал он в трубку. – Ой, я тебя слышу! Агата, я так рад тебя слышать! Мы скучаем по тебе. Нам доктор Люций дал твой номер. Я хотел написать тебе письмо, и я еще напишу… О, конечно, мы догадались, что Прозерпина – это ты.
-Поговори про существо, - напомнил Нож.
Но Айшель его не слушал:
-Мы остановились в гостинице «Харон». Она принадлежит нашему брату… Э-э, брату Кнута, то есть. Он нас приютил. Приезжай к нам! Все будет бесплатно. Агата! Приезжай завтра! И пораньше, хорошо. Ой, здорово! Развлечемся!!!
-Про сделку не забудь, - Нож подошел и стоял над ним, но Айшель только отмахивался.
-Развлечемся! Тебе понравится, как тут все оформлено…

URL
2011-04-09 в 16:50 

Цадкиэль
Цифровая душа
И НАЧАЛО СЛЕДУЮЩЕЙ ГЛАВЫ! Всю, наверное, не выложу. У меня терпения не хватает добавлять и добавлять эти маленькие кусочки. Почему форма дневников не позволяет больше 10 тысяч знаков в одном сообщении?! Это риторический вопрос... Эх, она их просто не позволяет...

ГЛАВА 4

ДРОЖЖИ



После семинара к нам пожаловал доктор Люций в сопровождении Ножа. Старушка Гиасциана и ее собачонка были с ними. Я и Айшель спрятались в нашей спальне. Когда участники консилиума проследовали в комнату Стилета, мы выбрались из укрытия и пристроились под дверью комнаты моего младшего братишки – подслушивать.
-Мой пациент, - сообщил Нож, видимо, указывая на Стилета. – Очень сложный случай, сами видите. Наша цель – полное восстановление не только тканей, но и их функций. Полое восстановление, - подчеркнул он.
-Это гомункул, - прокомментировала Гиасциана. – Весьма совершенный образец! С этими существами все куда проще, чем с людьми, думаю, мы сможем помочь…
Джинн приник ухом к двери, и я рядом с ним. У Айшеля глаза просто светились счастьем. Он, конечно, воображал себя шпионом, и все происходящее казалось ему занятной игрой. Доктор и Гиасциана принялись расспрашивать Стилета о самочувствии. После этого они срезали с его живота и груди повязку из белесых нитей. Я узнал характерный звук.
-У меня есть препарат, - сообщил Люций, - я покажу его на семинаре завтра. Позволяет размножать ткани. Культура клеток помещается в сосуд на питательную среду, потом добавляется это вещество. Я называю его дрожжи. Это рабочее название.
-И каково их действие? – осведомился Нож, который снова изображал врача.
-На них растет все. Потому я и дал такое название – дрожжи. Только, увы, приходится размножать ткань вне тела, а потом делать пересадки. Но местрисса Гиасциана поможет нам в этом, она исключительно квалифицированный хирург.
Нож стал допытываться о побочных действиях дрожжей. Его насторожило то, что препарат не может быть введен непосредственно в организм пациента.
-К сожалению, на дрожжах все растет бесконтрольно и бесконечно, - вздохнул Люций. – Если попытаться вырастить, например, палец прямо на месте утраченного, то новый будет расти и расти, удлиняться без конца, и его придется время от времени укорачивать. Потому мне приходиться размножать ткани отдельно, затем обрабатывать их составом, который убивает дрожжи, и только после этого приступать к пересадке.
-Что-то мне это не очень нравится! – пожаловался Стилет, и голос его звучал весьма капризно. Таким голоском разговаривают разве что гомункулы квартала Мучительных страстей. Я поздравил себя с тем, что моего любимого младшего братишку только что, вне всякого сомнения, приняли за дорогую проститутку.
-Успокойтесь, Стивен, - нежно произнес Нож.
Айшель поднял брови. Да, Струна была права, когда говорила, что сами наши имена выдают нас. И я решил придумать себе человеческий заменитель имени специально для светского общения.
-Может, есть другие способы? – осторожно спросил Нож.
-Пуппи, что ты делаешь! – ахнула Гиасиана. – Брось немедленно! Ах, простите, я уберу его.
-Ничего, - ответил Нож. – У меня есть еще перевязочный материал.
По моей команде я и Айшель отпрянули от двери. Он юркнул в гостиную и спрятался там, а я скрылся в цветочной ванной.
Секунду спустя дверь спальни Стилета приоткрылась. Гиасцана выбросила свою собачонку в прихожую. Когда дверь хлопнула снова, мы с Айшелем выбрались из укрытий. Пуппи доедал шевелящиеся белесые нити. Он ворчал и жевал с немыслимой жадностью. Я даже подумал, что у Гиасцианы в ее возрасте вполне могут быть проблемы с памятью, и они забывает кормить своего любимца. Впрочем, обычно Пуппи больше напоминал чучело, даже странно было видеть его, поглощающим пищу.
-Как-то его раздуло, - шепнул Айшель.
-Не удивительно, - я склонился к уху джина и в двух словах рассказал о том, как песик лакомился демонстрационными образцами в подсобке.
-А он от этого не умрет? – забеспокоился Айшель.
-Не думаю. Сейчас он выглядит куда здоровее, чем прежде.

URL
2011-04-09 в 16:53 

Цадкиэль
Цифровая душа
И правда, Пуппи больше не был поход на заводную тявкающую игрушку. Он дожевал бинты и живо поковылял в столовую. Было слышно, как он расправляется с остатками еды, которые я составил на сервировочный столик, но не успел выкатить в коридор.
-Конечно, - продолжал Люций, - есть еще варианты. На сегодняшний день дрожжи – это наиболее современная технология. Я вижу за ней огромное будущее. Хотя у меня имеется и несколько старых разработок…
-Я рассчитываю на проверенные методики, - произнес Нож. – На те, что уже зарекомендовали себя.
В столовой Пуппи загремел посудой, я услышал звон бьющихся тарелок и скачущих по полу серебряных приборов. Мы с джинном направились туда, ведь Люций принялся сыпать сложными терминами. Ни я, ни Айшель больше ничего не понимали.
Собака расправилась с нашими объедками и принялась за букет искусственных цветов.
-Вот этого ей точно нельзя, - решил я и выбросил пса в прихожую, а дверь плотно закрыл.
-С ней что-то не то, - сказал Айшель.
-Ну ее. Это ж не наша собака!
Я взял его за подбородок, приблизил лицо джинна к своему, любуясь красиво подведенными глазами.
-Ты такой красивый! И с каждым днем становишься все лучше. Тебе на пользу идет вольная жизнь без лампы.
-Мне на пользу идешь ты!
Я подхватил его и закружил по комнате. В последние дни джинн тяготился необходимостью выглядеть серьезным и рассудительным. А в присутствии Ножа все, как по команде, старались напустить на себя как можно более солидный вид, и Айшель не являлся исключением. На самом деле мой избранник был веселым и любил подурачиться, да и мне нравилось играть с ним. Но теперь мы двигались бесшумно и старались не смеяться, ведь в номере все еще находились посторонние. Это было продолжением игры в шпионов. Мы прятались друг от друга за портьерами, букетами и креслами, и, в то же время, каждый старался дотянуться до другого и легонько ущипнуть.
У меня не было обычного детства, может, поэтому я навсегда остался чуть-чуть ребенком. Прежде было даже как-то неловко от того, что меня привлекают детские забавы вроде игры в прятки или бессмысленного дурачества. Но в лице Айшеля я нашел прекрасного товарища для игр. Он ведь не знал, что в Эльме мужчина моего возраста должен быть медлительным, важным и не склонным к баловству. А тем более – Умертвитель! Уметвитель и баловство – вещи несовместимые.
Пуппи что-то жевал в прихожей, я слышал его чавканье. Меня это насторожило, поскольку там, в специальном ящике под зеркалом я оставил мои ботинки от традиционного костюма нашей гильдии. Они были мне очень дороги, а другие такие же я не скоро заполучу, ведь мастер, который делал нашу обувь, донес бы Хозяину, что видел меня. А без примерки ботинки не пошьешь.
Я выглянул в прихожую и обнаружил, что раздувшийся песик терзает край синей шубы джинна. Против этого я, в общем-то, ничего не имел. Она до сей поры смердела паленым мехом. Но Айшель увидел из-за моей спины злодеяние Пуппи, и вырвал свою шубу из пасти зверя. На этот раз он пристроил ее в черной ванной, куда я по-прежнему не казал носа.

URL
2011-04-09 в 16:56 

Цадкиэль
Цифровая душа
продолжение следует...

URL
2012-02-01 в 22:47 

Цадкиэль
Цифровая душа
Агату мы ждали только утром. Айшель уже планировал, как мы станем развлекаться. Его фантазия рисовала спонтанно организованную вечеринку, обязательно танцы.
-Тут можно было бы устроить что-нибудь вроде мрачного маскарада… У вас бывают маскарады?
-Да, - кивнул я.
-Замечательно! Но до утра мы не успеем подготовиться. Да и врачи эти не поймут… Хотя многие из них каждый день выглядят так, будто с карнавала сбежали. Взять туже леди Флориан с ее сменным телом.
Он ходил из угла в угол, нервно покусывал губы, сочиняя возможные увеселения для Агаты. Боюсь, она не оценила бы большинство из этих жизнерадостных затей – учитывая ее пристрастия. Но оформление «Харона» должно было ей понравиться, тут Айшель не ошибся.
Нож отправился в свой номер, Стилет снова спал, да и нам пора было укладываться. Но Айшель пребывал в радостном возбуждении, мерил комнату шагами и рассказывал мне о своих мечтах по части развлечений. Начать развлекаться он планировал прямо завтра, а конца этому празднику жизни не предвиделось вообще.
Я разделся и лег, надеясь завлечь его. Но я не очень-то хорошо умею соблазнять, мне никогда не приходилось этого делать. Я вертелся под лиловой простыней, порой отбрасывал ее, но джинн просто не смотрел в мою сторону. Он все больше глядел в потолок, а его тонкие пальцы перебирали ожерелья.
-Иди уже сюда, - не выдержал я. – Доскажешь в постели.
-Угу, с тобой доскажешь… - он притворно замялся.
-Не хочешь?
-Хочу!
Он стал стаскивать с себя одежду, но на этот раз торопливо, и не порадовал меня танцем, как вчера. Наконец, он скользнул под одеяло. Мы обнялись, и я шепнул, склоняясь к его уху:
-Я тоже решил взять себе какое-нибудь человеческое имя. Для маскировки, ну, ты понимаешь. Ты бы какое посоветовал?
-А я знаю совсем мало здешних имен, - признался Айшель. – Я ведь пока мало с кем знаком. Кстати, а какое выбрал себе Нож? И остальные твои братья и сестры?
А я признался:
-Не знаю…
Тогда я понял, насколько мало мне известно о внутренних делах нашей гильдии. Я всегда пользовался абсолютным доверием Хозяина, потому-то и переживал так сильно из-за моего вынужденного предательства. Именно мне поручались наиболее секретные дела, и я действительно не разболтал ни об одном из моих заданий ни единой живой душе. Даже Ножу, который всегда стремился владеть полной информацией.
Теперь я понимал, зачем ему это было нужно. На самом-то деле Оружейниками заправлял он. Но я неизменно уклонялся от всяких расспросов. Иногда Нож злился и обещал сгноить меня. В другие моменты упрекал в том, что я туп и нелюбопытен. Возможно, он был в этом прав. Почему же еще я могу быть настолько не осведомлен в том, что долгие годы происходило прямо у меня под носом?
Заодно стало ясно, что уже более пяти лет я упорно делаю ставку не на того игрока. Вот умненькая Струна, хотя и не доверяла Ножу ни в чем, однако в любом деле всегда открыто поддерживала его сторону. А я всегда был за хозяина и даже вообразить не мог, что возможно жить как-то иначе.
Теперь я лишился расположения Агастеса. А Нож, кстати говоря, похоже, таки сгноит меня здесь, в подземельях «Харона»! Ведь я и теперь не представлял, куда бы мы с Айшелем могли уйти, где спрятаться, а главное – зачем.
И я все это выболтал ему. Я ни с кем никогда прежде не говорил так подолгу. Однако, и Айшелю я не выдал ни одного секрета Агастеса. Впрочем, мой возлюбленный о них и не спрашивал. Он выслушал меня и спокойно сказал:
-Да, ты честный, не в пример Ножу. Потому он и хочет тебя присвоить. Я так и думал. Я ни при чем. Он хочет нас поссорить, чтобы ты всю жизнь был только при нем.
А я ответил:
-Фигушки. Ничего у него не выйдет.
-Я знаю, - ответил джинн, прижимаясь ко мне крепче. – Ты меня не бросишь.
-Но нам пока некуда идти…
-Нам пока что никуда и не надо.
-Тебе здесь нравится? – спросил я. – В «Хароне»? Ты здесь счастлив?
-Да, - искренне ответил джинн. – Мне очень хорошо тут. С тобой… Мне нравится все, и твои братья тоже, и Струна. Только Нож, конечно, меня не любит. Но мне и не надо, чтобы меня любил он.
И я с ужасом осознал, что до сих пор не сказал моему избраннику ни слова о любви.

URL
2012-02-01 в 22:49 

Цадкиэль
Цифровая душа
И я с ужасом осознал, что до сих пор не сказал моему избраннику ни слова о любви. Я призадумался о том, что мне как-то надо начинать исправляться. Я ведь собирался стать романтичным и обольстительным, и говорить моему возлюбленному всякие красивые слова, которые все мечтают услышать. Но оказалось, что это не так просто, как я себе представлял. Беда в том, что сама мысль об этом вылетала у меня из головы, едва я открывал рот. У меня вообще никак не получалось говорить и думать одновременно.
Я хотел было компенсировать недостаток красноречия действиями, но оказалось, что Айшель уже мирно спит, уткнувшись в мое плечо.


***

Утром меня разбудил какой-то подозрительный шум. Нечто шуршало в коридоре и пыхтело, будто поднимающееся тесто. В принципе, в «Хароне» было полно всяких подозрительных звуков. Я слышал воду, текущую по трубам внутри стен, работу каких-то механизмов, шелест вентиляции и автоматических поглотителей пыли.
Но сейчас звук исходил не из стен и не походил на механические шумы. Я лежал неподвижно и прислушивался. Джинн спал, как всегда напоминая при этом скульптуру, неподвижное тело комнатной температуры, не подающее никаких признаков жизни. Сейчас это было весьма кстати, его дыхание помешало бы мне вслушиваться в звуки за дверью.
Там определенно было что-то живое, большое и ни на что не похожее.
Скоро сопение сменилось ворчанием, раздались чьи-то медленные, шаркающие шаги, а затем – пронзительный крик. Стены и двери «Харона» прекрасно гасили звук, потому крик мог различить разве что я. И именно в тот момент – по контрасту с человеческим воплем, - я сообразил, насколько же громко пыхтел и топал некто в коридоре.
Разумеется, я немедленно поднялся с постели и тихонько вышел в прихожую. Звуки стали отчетливее. Огромный одушевленный объект удалялся, переворачивая мебель и топая, как топало бы огромное ископаемое, обутое в мягкие тапочки. От Ножа я всего ждал, но никак не ожившего древнего исполина в штате «Харона». Это было бы чересчур даже для моего братца.
Убедившись, что возможный неприятель находится не прямо за дверью, я отпер замок и приоткрыл ее.
Грохот происходящего в коридоре немедленно ворвался в номер, и он мог разбудить кого угодно, даже недвижимого Айшеля.
Первое что я увидел – вывороченные из стен светильники, имитирующие газовые лампы. К счастью, на самом деле то были просто имитации и питались они от электросети, иначе мы уже взлетели бы на воздух. Осколки их лежали на полу, среди обломков мебели, перевернутых сервировочных столиков и исковерканных столовых приборов. По стенам пробегали, змеясь, электрические разряды, но несколько ламп, расположенных далеко впереди, у лестницы, еще горели. Просто монстр туда еще не дополз.
В первый момент я вообще не мог сообразить, что вижу перед собой. Нечто похожее на гигантский шар из облезлого меха медленно, рыками перемещалось к лестнице. Оно было так велико, что сносило светильники со стен и почти достигало потолка. Сзади за ним волочилось что-то напоминающее обрывок грязной ковровой дорожки с длинным ворсом или свалявшуюся меховую змею.
Я немедленно прикрыл дверь, чтобы звон и грохот не разбудили джинна и Стилета, но было поздно.
-Эй, что там у вас? – крикнул мой брат из своей спальни. – Что это вы так разрезвились? Ночь на дворе!
-Ну… Э-э-э… - я не представлял, как его успокоить. – Вообще-то уже утро…
А тут и Айшель подоспел. Он накинул роскошный бордовый халат и вальяжно застыл в дверях спальни, прислонившись к дверному косяку. Я отметил, что мой прекрасный избранник обучился уже некоторым ужимкам и позам, какие видел по телевизору и в журналах. Теперь, на мой взгляд, он стал еще более обольстительным, чем прежде.
-Что делаешь? Может, тебе скучно? – промурлыкал он.
-Н-нет, - признался я. – Мне скорее страшно.
Сболтнул, конечно, лишнее, но я ведь плохо умею врать, лучше и не пробовать.
-Что там? – Айшель подскочил ко мне, округляя глаза. – Что, а? Дай посмотреть?
Он приоткрыл дверь и высунул в коридор голову, не дожидаясь моего ответа. К тому моменту мне уже многое стало ясно, и я знал, что мохнатый некто не сможет развернуться в коридоре, чтобы напасть на джинна.
В номер врывались клубы пыли, грохот, треск электрических разрядов и жуткий вой.
-Что у вас происходит? – крикнул Стилет из своей спальни. – Вы не можете издавать такие звуки, чем бы ни занимались!
Айшель отпрянул и торопливо закрыл дверь.
-О, Могущественные Джинны! Что это?
-Не догадываешься? – мрачно спросил я.
-Эй! – снова подал голос мой братишка. – Мерзавцы! Почему не отвечаете? Неужели вы казните там кого-то на электрическом стуле? А? Да? Нет? Ответьте же, или я покончу с собой!
-Сейчас! – отозвался Айшель. – Мы еще сами не поняли, что это.
-Опишите, как это выглядит и что делает, - потребовал он.
Я распахнул дверь его спальни и произнес:
-Там песик Пуппи ползет по коридору.
-Ты издеваешься? – скривился Стилет. Он полусидел на кровати, причиняя себе немалую боль, и потревоженные пиявочные инъекторы извивались на нем, скользя по лицу, груди и рукам. Зрелище было ужасным, а ощущения Стилета, я помнил это по себе, еще хуже. Но любопытство всегда было сильнее его.
-Не может быть! – ахнул Айшель.
-Эта маленькая шавка производит столько шума? – не поверил Стилет.
-Она уже не маленькая, - проворчал я. – Она, похоже, съела те самые дрожжи, которые доктор Люций обещал продемонстрировать нам завтра во всей красе.

URL
2012-02-01 в 22:50 

Цадкиэль
Цифровая душа
-И собака не могла подождать до завтра? – переспросил мой брат. – Ее замучило любопытство?
-Нет, наверное, в тот момент Пуппи просто хотел есть…
-Ой, - джинн схватился за то место, где у людей находится сердце. – Так именно это ты и видел там, в чуланчике, да? Но Пуппи совершенно на себя не похож!
-Просто ты видел его… э-э… круп. Так сказать, тыл.
Стилет откинулся на подушки и расхохотался. Смех тоже не давался ему безболезненно, но сдержать себя братишка не мог.
-Шутишь? – не поверил Айшель. – Такого размера?
И он пошел проверять. Я не стал присоединяться к нему, ведь мне итак было понятно, что он там увидит.
Джин высунулся в коридор и почти сразу захлопнул дверь:
-Это он! Он! Пуппи! О, Могущественные Джинны! И то, что я видел, это и правда был… было оно. Ужасно, просто ужасно. Отелю конец.
-Зато тут появился свой Цербер. Учитывая общую мифологическую идею этого места, Цербера можно было ожидать, - отозвался Стилет. - Но что нам делать? Ситуация сама по себе небезопасная.
-Безопасная, - отмахнулся я. – Он не пролезет в дверной проем.
Мой брат присвистнул.
-Но есть две проблемы, - добавил я. – Во-первых, через входную дверь или окна холла он тоже не протиснется…
-Ты что, хотел его просто прогнать? – удивился Стилет.
-А что, пусть резвиться на воле, украшает собой Эльм. В новом облике он даже мил…
-Ты выучился шутить? – изумился Стилет.
-А во-вторых? – насторожился джинн.
-Во-вторых, позвони Агате, скажи, что у нас тут небольшая техническая неувязочка. Скажи, визит придется перенести.
-Ой! Точно!
И Айшель бросился звонить нашей подруге.

***


Но телефон не работал – ни гудка, ни треска помех. Похоже, линия была повреждена.
Вот это представлялось мне действительно серьезной неприятностью. И подмогу не позовешь, хотя я ни за что не стал бы звонить в нашу гильдию, а где еще можно поискать Ножа – не знал. Но остаются еще миротворцы, которые, за умеренную плату помогают гражданам справиться с последствиями всяких стихийных бедствий. Сейчас их услуги могли бы придтись очень кстати, ведь Пуппи в новом формате не менее разрушителен, чем землетрясение средней мощности. Да еще стыдно было опозориться перед местриссой. Судьба прочих обитателей отеля совершенно меня не беспокоила, я как-то даже и думать о них забыл.
-Айшель, сторожи братишку, - распорядился я и пошел одеваться.
-А ты куда? Ты к нему пойдешь? К Пуппи? – он побежал за мной в спальню.
-Надеюсь, ты не станешь ревновать меня к собаке, не пролезающей ни в одну дверь?
-Что за чушь! Я за тебя боюсь.
-Не смейте оставлять меня одного! – заорал Стилет. – Знайте, вы не застанете меня живым, когда вернетесь!
-Подонок и шантажист, - проворчал я. – Милый, Айшель, его правда нельзя бросать.
-Да не верь ты ему, он придуривается!
-Нет, я опасаюсь, что под весом пса перекрытия обрушаться или еще что-нибудь подобное произойдет. Тут же внутри стен всякой дребедени понапихано. Эти суперсовременные здания только выглядят такими крепкими, на самом деле здесь все на соплях.
-И ты думаешь, отель может рухнуть? Но я ничего с этим не смогу сделать…
-Рухнуть-то он не рухнет, но какая-нибудь балка отвалиться может. Или труба выскочит из стены.
И как раз в этот миг пол под нашими ногами дрогнул, раздалось низкое гудение, и по стене спальни тонкой струйкой побежала вода.
-Так и есть, - прокомментировал я. – Он задел какие-то коммуникации и разворотил к бесу здешний водопровод. И, боюсь, это только начало! Самое печальное, что мы больше не сможем выбраться отсюда тем путем, каким вошли. Электричество вот-вот отрубится, и мы застрянем в лифте, да еще нас сверху водой зальет. Даже Стилет не согласится на такое жестокое и бесчеловечное самоубийство!
-Ну, почему Нож не сделал тут лестницу?
-Слишком высоко. Подземные коммуникации на глубине этажей пяти под нами, мало кто согласился бы топать по такой лестнице, когда есть лифт, вот он и решил сэкономить. На него похоже. Все равно для эвакуации эта лестница была бы непригодна. Кругом же вода, и она вот-вот будет здесь.
Я вышел в прихожую, надел ботинки. Джинн стоял рядом и выглядел при этом крайне опечаленным.
И снова все содрогнулось и угрожающе зашаталось. Свет замигал, и я понял, что скоро подземный этаж без окон погрузиться во тьму. Хорошо хоть Айшель всегда способен подсветить.
-Может, не надо? – осторожно поинтересовался он. - Агата сама поймет, что здесь что-то не так, когда подъедет.
-Если только не подумает, что это мы сами устроили в честь ее приезда. Знаешь, всеобщая паника, бегающие и визжащие люди, картины бедствий и разрушений… Это должно тронуть сердце знатной некромантки.
-Ой, - он закусил губу.
Хотя, если честно, я просто шутил, но джинн принял мои слова всерьез. Так даже лучше.
-Вот-вот. И в коридор больше не высовывайся, - сказал я. - Вокруг поврежденная изоляция и много-много воды. Кстати, свет вам лучше выключить, все равно сейчас замкнет. Посветишь, как ты это умеешь…
-Давай я посвечу тебе…
-Нет, не бросай Стилета.
-Не бросай меня! – заорал Стилет. До того он внимательно прислушивался к нашему разговору.
-А как же ты? – с отчаянием в голосе спросил мой возлюбленный.
-Наша одежда и обувь не пропускают ток, - ответил за меня Стилет. – Ты перчатки не потерял?
-Нет! – я достал их из кармана и надел. А потом чмокнул Айшеля в щеку, чтобы он особенно не тревожился. Страстные прощания были бы сейчас неуместны. Еще подумает, чего доброго, что я иду умирать во имя гостеприимства!

URL
2012-02-01 в 22:57 

Цадкиэль
Цифровая душа
На самом деле я просто отправился на разведку. Рядом с некротварью, с которой мне довелось сразиться совсем недавно, Пуппи казался невинным песиком, невзирая на его рост и аппетит. И я не собирался вступать с ним в бой, это даже было бы ниже моего достоинства. Я планировал как-нибудь вытурить его вон, подыскав подходящий дверной проем или хотя бы предупредить Агату.
Но вес пса и его склонность все крушить на своем пути меня здорово тревожили.
Я прошел по коридору к лестнице. Пуппи уже убрался отсюда. Молнии змеились по стенам, подсвечивая дорожки бегущей воды. Еще в номере я сообразил, что холл находится прямо над нашими комнатами, река, однако, протекала как раз по другую сторону коридора. Там располагались какие-то коммуникации, лифт, ведущий к подземным галереям, насосы и трубы, а не жилые помещения. Впрочем, нам от этого не легче – если обрушиться желоб, вся вода устремиться прямо к нам. А Стилет ведь нетранспортабелен! Во всяком случае, он нетранспортабелен, пока я не придумаю, как его эвакуировать.
Наверху что-то грохотало. Оттуда доносилось, рычание, вой и вопли перепуганных постояльцев.
Я хорошо умею отличить, когда паника вызвана человеческими жертвами, а когда – всего лишь угрозой уничтожения. Судя по шуму и крикам, там, в холле, пока что никто не погиб. Значит, дрожжевой Пуппи оказался вполне предсказуем. Если он не ел человечину до своего превращения, то едва ли немедленно примется за нее после. Скорее всего, ему кажется, что он такой же, каким был, это просто коридоры сузились.
Вода не только стояла на полу уже почти по щиколотку – она струилась по стенам и сбегала с лестницы, пропитывая черную ковровую дорожку. Когда я поднимался, все снова задрожало, будто началось землетрясение. Свет погас на несколько секунд, и сверху донесся дружный вопль, хотя на улице было уже светло и окна пропускали в холл достаточно света. Впрочем, очень быстро свет зажегся снова, затрещали разряды, и все вокруг опять сделалось смертельно опасным. Разумеется, автоматическая система включила аварийные генераторы. Она же думать не умеет. А Нож вообще отличается поразительным доверием к автоматическим системам.
Я уже был наверху лестницы, когда поддалось первое окно. Слышно было, как сыплются на пол стекла. Да, дрожжевой Пуппи не мог протиснуться ни в один проем, но людям ничто не мешало покинуть здание.
Когда я поднялся, то обнаружил, что входная дверь завалена перевернутыми столами – судя по всему, здесь с утра пораньше устроили фуршет для выдающихся медиков. Разумеется, Пуппи устремился на запах еды и все здесь сокрушил. Теперь он доедал то, что валялось на полу, а люди эвакуировались через разбитое окно, учинив панику, давку и полнейшее безобразие.
Пес размером с двухэтажный дом не обращал на них никакого внимания. Он жалобно поскуливал и лизал пол огромным языком, похожим на циклопического глубоководного моллюска.
Я исчез из виду, слился с покореженными стенами. Впрочем, никто бы меня не заметил, возьмись я даже орать и плясать на стойке администратора – присутствующие были слишком заняты собой. Ни одного служащего «Харона» видно не было, похоже, они предусмотрительно смылись через служебный вход.
Пуппи, надо сказать, здорово изменился. Он увеличился несколько непропорционально и теперь напоминал гибрид собаки и доисторического ископаемого из тех, чьи скелеты можно видеть в музее Магистрата. Его голова казалась небольшой относительно огромного раздутого туловища, а лапы – чересчур короткими. Передвигался пес практически ползком, что вполне понятно, ведь теперь гравитация стала для него серьезной проблемой. Те огромные ископаемые из музея обитали в воде. Думаю, на суше их кости сломались бы под весом тела.
Люди продолжали визжа выскакивать наружу. Инквизитор пытался разбить еще одно окно, но стекло работы лучших мастеров Эльма не поддавалось. Больше всех в давке страдала леди Флориан со своим запасным организмом – ее постоянно выталкивали из очереди.
А я тем временем пошел искать кухню, в надежде обнаружить там что-нибудь, что может сойти за каталку для Стилета. Братика нужно было спасать в срочном порядке, ведь рано или поздно вода обязательно прорвется в наш номер, расположенный ниже уровня земли и, соответственно, ниже уровня воды в декоративной реке.
Я прошел вглубь коридора, мимо бара, нескольких комнат для совещаний и танцпола. Весь первый этаж «Харона» выглядел совершенно разоренным, даже те помещения, до которых Пуппи не добрался. Электрические разряды местами подпалили драпировки и мебель. Вода из поврежденного трубопровода заливала пол, и от ковров шел неприятный химический запах, ведь поначалу их прихватило огнем.
Мне пришло в голову, что Ножу везет – раз он ничем не может владеть, значит, не может и разориться. Все эти жертвы и разрушения, по сути, – убытки Хозяина.
Я отыскал кухню, но ничего подходящего, как ни странно, там не обнаружилось. Сервировочные столики были маленькими и хлипкими, а мне ведь нужно было транспортировать братишку заодно со всеми его медицинскими агрегатами, а они половину спальни занимали. Я рассчитывал на большой и широкий стол на колесах, чтоб можно было погрузить хотя бы самое основное из его лечебного барахла, но ничего не вышло.
Попутно выяснилось, что повара разбежались, прихватив с собой почти все продукты. Холодильники остались открытыми и внутри, как я заметил, все было очень бедненько. Обрезки дешевых колбас, синтетическое масло, вялые овощи и куски заветренного мяса.
В углу у двери копошились крысы, расправляясь с подгнившими листьями салата. Они вызвали у меня нехорошие подозрения, поскольку были очень уж крупными, но при этом больше напоминали полевых мышей.
А ведь и они вполне могли полакомиться дрожжами! Раз до препарата смог добраться Пуппи, то мелкие существа, вроде мышей и насекомых – тем более.
Я не потревожил их. Их вообще ничто не могло потревожить, настолько эти твари были заняты поглощением пищи.
И тогда я подумал, что нам не из номера стоит убраться, а из «Харона» вообще. Ведь кроме Пуппи и мышей с кошку размером, здесь могли быть и увеличившиеся тараканы, и крысы, которые наверняка будут представлять опасность для человека.
На то, что в гараже остались машины, я не рассчитывал. Разумеется, сотрудники отеля разъехались по домам с полным комфортом. Даже красных туристических автобусов на стоянке видно не было.
Через высокие узкие окна, опоясывающие весь первый этаж, я видел, что твориться снаружи. Спасенные постояльцы бегали вокруг отеля, не зная, куда податься. До ближайших кварталов было часа четыре ходу, и путь этот пролегал по холмам и болотистым долинам, неудобным для пеших прогулок.
А у меня, кроме бтаришки, еще и Айшель с его агорафобией. Конечно, джинна можно заставить уйти в лампу, и я просто понес бы его в кармане куртки, но мне не хотелось расставаться с ним. К тому же, он толковый помощник, как ни крути.
У меня было две надежды, обе призрачные, но все же. Первая – это Агата. Правда, я был почти уверен, что ее машина не будет ждать нас у входа – тут бегает слишком много желающих быстренько отправиться домой.
Вторая надежда – это, конечно, Нож. У него не то что машину, у него горелую спичку не отберешь, и количество противников никакого значения не имеет. Братец только зыркнет на них, и бедняги сразу сникнут. Я видел такое не раз. Правда, отойти от машины, чтобы помочь мне, он не сможет. Потому подходящую каталку все же надо бы найти.
И я вернулся в холл, ступая по полу с промокшим и прожженным ковром и вздувшимся паркетом. Теперь стало видно, какая же халтура этот «Харон».


***

URL
2012-02-01 в 22:58 

Цадкиэль
Цифровая душа
Пуппи был здесь, поскольку нигде больше он просто не помещался. Он еще подрос, но голод мучил беднягу по-прежнему. Когда я проходил мимо, он лежал у забаррикадированной двери и печально жевал кусок драпировки. Зрелище душераздирающее.
За одним из окон я увидел местриссу Гиасциану, припавшую к стеклу. По старушечьему лицу катились слезы, и мне стало искренне жаль ее. Конечно, хозяйка признала своего домашнего любимца даже после такого гротескного преображения. Я по привычке двигался плавно и полностью исчезал на фоне стен, мусора и пара, поднимавшегося от тлеющих ковров и занавесок. Тут ведь одновременно происходил вялотекущий пожар и неторопливый потоп.
Пуппи несколько раз вильнул хвостом, отшвырнув при этом стойку администратора, и поднялся на четыре лапы. Я в это время замер недалеко от лестницы. Прижиматься к стенам, по которым текла вода и все еще пробегали искры, было неразумно даже в моем костюме.
Пес не обращал на меня внимания. Одновременно я отметил, что он не боится электрических разрядов – он не страдал от ударов током, когда полз по коридору, и теперь даже ухом не вел, стоя на мокром полу среди пара и молний. То есть, в каком-то смысле превращение даже пошло на пользу его здоровью.
И тут, позади плачущей Гиасцианы, далеко-далеко на серпантине дороги я разглядел черный автомобиль. Я ощутил пулю у сердца, комочек серебра, выпущенный из самодельного оружия сновидца. Эти ощущения всегда предшествовали большим неприятностям, так было и сейчас.
Еще бы! Ведь на этом автомобиле ручной сборки, с непрозрачными стеклами, со спицами, покрытыми сусальным золотом, ездит только Хозяин. Он никому не позволил бы воспользоваться им, даже Ножу.
Скорее всего, мессир Агастес прослышал о том, что здесь твориться неладное, и решил сам позаботиться о своем престижном и дорогостоящем имуществе. «Харон» ведь, хоть и халтура, а денег стоит немалых! Ясное дело, о том, что тут происходит, сообщил кто-то из сотрудников. Какой-нибудь ретивый вовремя сбежавший администратор. Спасибо ему!
Я бросился к лестнице, ведущей на подземный этаж.
В этот самый момент Пуппи решил попить водички из декоративной реки. И тут случилось именно то, чего я больше всего опасался.
Желоб по которому текла вода, просел, по полу побежали трещины. Пуппи взвыл на высокой ноте и его передние лапы погрузились в крошево отделочного мрамора и гранита.
Отель содрогнулся так, что люстра холла не выдержала и рухнула на пол, обдав меня и пса волной хрустальных брызг. Я поскользнулся и едва не полетел кубарем с лестницы, только сверхчеловечески точный вестибулярный аппарат помог мне устоять на ногах.
Одновременно свет погас – наконец-то аварийные генераторы сдались. Думаю, от толчка их просто сорвало с креплений.
Куски обшивки отошли от стен и за ними открылись потайные приспособления, электрощиты, противопожарное оборудование, сейф за стойкой администратора. Из открывшихся ниш на пол посыпался всякий хлам: огнетушители и скрученный пожарный рукав, багры, ведра, тряпки и швабры, папки с документами, даже праздничный фейерверки и хлопушки.
Я шагнул на верхнюю ступеньку. Теперь вся она была в трещинах. Стало видно, что это совсем не цельный мрамор, а дешевенькая облицовка на хлипком каркасе. Коридор подземного этажа с катастрофической скоростью наполнялся водой. Стена, отделявшая его от скрытых насосов и резервуаров, рухнула, когда Пуппи ступил в русло Стикса.
Пес снова заскулил своим страшным, усиленным раз в десять голосом и выдернул лапы из провала. Было видно, что он совершенно не пострадал.
Я бросился вниз по лестнице. Вода в коридоре уже доходила мне до пояса. Лучшее, что я мог сделать теперь – оказаться рядом с джинном. Все же у меня еще был шанс умереть рядом с ним, как я и мечтал.

URL
2012-02-01 в 23:00 

Цадкиэль
Цифровая душа
Дверь нашего номера сорвало с петель напором воды. Теперь она плавала по прихожей среди щепок, коробок, тумбочек и прочего барахла. В полумраке я натыкался на все это. Дверь спальни Стилета тоже снесло водой, и я видел нежное золотистое сияние, испускаемое джинном.
-Это ты! – обрадовался Айшель. На нем была дурацкая синяя шуба, из кармана которой торчал краешек желто-коричневоо платьица. Я уже начинал понемногу ненавидеть эту шубу, ведь, похоже, едва запахло неприятностями, как Айшель побежал за ней, будто это святая реликвия. Впрочем, джинн ведь тоже имеет право на безвредные, хоть и странные привязанности, потому я смолчал.
Айшель стоял в воде у кровати, которая, вопреки моим ожиданиям, сохраняла некоторую плавучесть.
Дело в том, что просторные и несколько претенциозные ложа в этом номере были изготовлены из толстых деревянных брусьев, но изголовья и ножки представляли собой мощные образцы чугунного литья. А в комнате Стилета деревянные части кровати были еще и богато украшены мозаикой из смальты. Я не ожидал, что такая тяжеленная штуковина может плавать. Подозреваю, там не обошлось без проделок джинна.
Мне даже видны были какие-то бледные мешки, явно заполненные воздухом, торчавшие из-под кровати. Их, конечно же, Айшель притащил сюда, улизнув незаметно для моего братишки. Думаю, Стилет верил, что кровать, вопреки его ожиданиям, плавает, хотя и не похоже было, чтобы он обольщался на счет своего будущего.
Впрочем, плавучесть кровати была очень-очень относительной, она покачивалась от приливной волны, идущей из коридора, билась в стену и грозила перевернуться. Зато стеклянные пузыри, наполовину наполненные алхимическими составами, прекрасно плавали за счет скопившегося внутри воздуха. А пиявочным инъекторам, похоже, безразлично было, в какой среде паразитировать.
-Хорошие новости есть? – спросил Стилет
-Нет. Но есть плохие. Будешь?
-Ладно, давай плохие, - вздохнул он.
-Ну, мелкие плохие новости я опускаю, перехожу прямо к главному. К «Харону» приближается машина Агастеса.
Джинн закрыл лицо руками, и я обнял его, прижимая к себе.
-Думаешь, он меня усыпит? – спросил Стилет.
-На счет тебя не уверен, а меня он усыпит точно. И Айшеля в некотором роде – тоже.
Он ведь спит и видит сны, находясь в лампе, потому возвращение в нее вполне можно назвать усыплением. Не знаю, как понял эту реплику Стилет, к счастью, он не стал расспрашивать о подробностях, просто сказал:
-Вам надо спрятаться. Бегите отсюда куда-нибудь на верхние этажи.
-Не пойдет, - вздохнул я.
В это мгновение отель снова тряхнуло. Вода устремилась в наш номер с новой силой и за несколько секунд дошла мне до груди. Айшелю было уже почти по плечи. Но главное – кровать начала тонуть. До того она, судя по всему, просто стояла на воздушных подушках, а теперь их толщины не хватало, чтобы удерживать ее над уровнем воды.
-Не пойдет, - продолжил я, осторожно отстраняя джинна и подхватывая подмышки Стилета. Ему было больно, знаю, но лучше потерпеть, чем утонуть.
-Почему? – спросил Айшель. – Я могу незаметно подежурить здесь, - он сделал выраженный акцент на слове «незаметно» и я его понял, но мой план был другой.
-Верхние этажи точно обыщут, если возникнут какие-нибудь подозрения. А я совсем не уверен, что Нож меня сдал. Нет, я думаю, нет. Но сюда-то никто нырять не станет. Никому в голову не придет, что здесь кто-то выжил. К тому времени, как они подъедут, вода уже полностью покроет двери.
-Ох, - прокомментировал джинн.
-Но я от всей души надеюсь, что она не дойдет до потолка.
-Только надеешься? – уточнил Стилет. Он висел на наших руках, но держать его было легко, ведь мы были погружены в воду уже по шею.
-Только надеюсь, - признался я. – Потолок в коридоре ниже, чем в номере. И это дает нам некоторую надежду.
-Намного ниже? – спросил Стилет.
-На высоту ладони.

URL
2012-02-01 в 23:00 

Цадкиэль
Цифровая душа
Прошло полчаса, и у нас появились две новости, как водится, плохая и хорошая. Хорошая состояла в том, что вода действительно не дошла до потолка – и именно на высоту ладони, как я и предсказывал. То есть, мы выжили, и во мне обнаружился некий дар предвидения. Хотя, возможно, то была заурядная наблюдательность, какую воспитывают в Умертвителях с детства.
Плохая же новость в том, что никто из нас не имел представления, сколько еще времени нам тут торчать. Как узнать, что Хозяин уехал и не выдать себя при этом?
Стилет не роптал, хоть ему тяжело приходилось. Я и Айшель поддерживали его с двух сторон, он правой рукой, а я – левой. Свободными руками мы держались за люстру. Головы наши упирались в потолок, к тому же постоянно приходилось выворачивать шеи, чтобы вода не заливала в рот. Стилет опирался нам на плечи. Удерживаться на руках, как мы, он был не в состоянии, даже будучи погруженным в воду и почти невесомым.
Кроме ран его ослабили и препараты, но отключать инъекторы мы не решались, ведь именно через них он питался, и они же очищали его кровь. У Стилета ведь больше не было желудка и половины кишечника. Жить он мог сколько угодно, но только будучи постоянно подключенным ко всем этим приспособлениям. Таковы превратности медицины Эльма, что бы ни думал о ней Айшель.
Прошел час, потом еще полчаса.
Стилет держался молодцом, а мы начали сдавать. Не в том смысле, что нам тяжело было держать его и не из-за недостатка кислорода. Я имею в виду – чисто психологически начали сдавать. Айшелю, судя по всему, требовалось совсем мало воздуха, так что, можно считать, дышало не трое человек, а два с четвертью. Когда кислорода так мало, это имеет значение.
Мой возлюбленный и теперь был прекрасен, мокрый и уставший, с размазанной подводкой для глаз. Нечто было в нем необычайно трогательное, за что не жалко и умереть, хотя очень бы не хотелось.
Мы молчали и старались дышать медленно и неглубоко. Подводные течения болтали нас из стороны в сторону, и мы висели на люстре как три морских актинии. Похоже, вода все пребывала, судя по этим течениям, потому мы не роптали, понимая, что дальше будет хуже.
-Давайте я пойду на разведку, - внезапно подал голос Айшель.
-Ты? – изумился Стилет.
-Так ведь Хозяин ваш не знает меня! И остальные тоже, кроме Струны и Ножа.
Это он вспомнил историю, которую мы наплели Стилету. Сейчас я уже думал, что мы зря его обманывали. О том, что Айшель – джинн и так знали уже и Нож, и Струна. То есть, и от младшего братишки я не видел смысла это скрывать. Сам не знаю, для чего мы с самого начала затеяли эту ложь? Но теперь поздно было каяться и восстанавливать справедливость. На пересказ нашей истории без цензуры ушел бы весь оставшийся воздух.
-Действительно, - осенило меня. – Ты вполне можешь пойти и все там разведать. У тебя это лучше получиться, чем у кого бы то ни было.
Стилет нахмурился, но сил на расспросы у него уже не было.
-Я пошел. Это будет быстро, - пообещал Айшель, повесил свою шубу на рожок люстры и нырнул.
Теперь Стилета поддерживал я один.
-Уверен? – спросил он тихо. – Уверен, что он справиться.
-Да, - ответил я. - Он, знаешь ли, умеет быть необычайно незаметным.
Стилету пришлось поверить мне, во всяком случае, он не запротестовал. Может, думал, что один Айшель его не удержит, потому и остался я.
Мы теперь болтались в полной тьме. Я не представляю, как джинн объяснил моему брату наличие светового пятна вокруг себя. Наверное, сказал, что это какой-нибудь волшебный фонарь.
Отправляясь на разведку, джинн погасил сияние, чтобы быть незаметным. Теперь мы не могли увидеть издали его приближение, потому висели на люстре, полные надежд, ведь Айшель мог возникнуть рядом в любую секунду.
А вода, и правда, понемногу пребывала. Кислород же убывал, ясное дело. Наконец Стилет не выдержал и прошептал:
-Пусти меня уже.
-Одурел?
-Сам видишь. Двоим никак. А я и сам не хочу. Всем этим врачам я не верю, а такая жизнь мне не нужна.
-Погоди, - ответил я. – Торопиться уже не имеет смысла. Думаю, вот-вот все решиться само собой. И прекрати спорить!
Он замолчал. Я слышал его тяжелое, напряженное дыхание во тьме. Однако именно тогда я окончательно уверился, что Стилет поправиться и станет, наверное, лучше прежнего. Ведь такую переделку и здоровому не пережить, а он неплохо справлялся, будучи смертельно раненым и способным жить только на препаратах.
-Пусти, - снова прошептал он после долгой паузы.
А я, сам не знаю почему, окликнул:
-Айшель! Эй, ты где?
Спустя полминуты Айшель вынырнул из воды рядом с нами, и световое пятно вспыхнуло снова, озаряя печальную картину. Воздушная прослойка между потолком и водой была в мизинец высотой, и нам приходилось здорово выворачивать головы, чтобы хоть как-то дышать.
-Можно, - сказал Айшель.
Это все, что нам нужно было услышать. Но мы не спешили нырять. Я точно знал, что доплыву до лестницы. Мне будет трудно и потребуется пару минут, чтобы потом отдышаться, но это ничего. Доплыву точно.
А вот Стилет… Мало того, что он болен, так еще и все эти аппараты, плавающие вокруг нас колбы и извивающиеся тела пиявок.
-Я там шланг нашел, - сообщил Айшель, будто прочитав мои мысли. – Дикая идея, но, думаю, может сработать…
И он высунул из воды руку – насколько это получалось.
-Второй конец намертво прикреплен к стене, но так даже лучше, - пояснил он. – Хорошо, что дотянулся. Через него, знаешь, можно прекрасно дышать. Именно так я и возвращался.
Он притащил пожарный рукав, второй конец которого крепился наверху лестницы за панелью с кранами.
-Отлично! – возликовал я. – Ты такой умница.
Он скромно улыбнулся и стал натягивать свою промокшую тяжеленную шубу, барахтаясь и захлебываясь.

URL
2012-02-01 в 23:01 

Цадкиэль
Цифровая душа
Первым мы запустили в плавание Стилета. Его надо было страховать, кроме того, эти огромные, больше человеческой головы шары с эликсирами создавали массу проблем. Их неудержимо тянуло к поверхности, ведь воздуха внутри становилось все больше, а питательных сред все меньше. Они цеплялись за каждый дверной проем и ударялись о хлам, плавающий в коридоре.
Помощи от нас было немного. Айшель в своей шубе шел ко дну, хотя, с другой стороны, без кислорода он мог обходиться дольше всех. Это только его и спасало. Кроме страсти к своей уродливой потрепанной шубе, он отличался еще и катастрофическим неумением ориентироваться в пространстве. Мне постоянно приходилось поворачивать его лицом к лестнице и оттаскивать от провалов в стенах, куда он постоянно устремлялся.
Кстати, в коридоре вода доходила до потолка, потому Стилету дважды пришлось давать мне подышать через шланг, из-за чего туда попала вода. Хоть и немного, а все равно неприятно.
Джинн продолжал светиться и под водой. Это было очень красиво, почти сказочно. Вокруг дрейфовали куски развалившейся мебели, безделушки и лепестки искусственных цветов. Попадались целые венки и букеты, загадочно кружащиеся в невидимых течениях. Еще были там скатерти и намокшие газеты, какие-то тряпки, тумбочки, авторучки и книги. Мы плыли, продираясь сквозь все это. И, конечно, алхимические приспособления Стилета создавали нам много проблем.
Мы проплыли мимо дверей лифта, и я увидел, что они еще держатся, хотя и прогнулись довольно заметно. Видимо, подводные течения возникали от того, что вода просачивалась в щели между створками. Нам стоило торопиться - когда двери поддадутся, а это должно было произойти уже скоро, нас просто смоет в лифтовую шахту. Там даже у джинна едва ли будет шанс спастись.
Я заметил, что Айшель оставил где-то свои ботинки, и это показалось мне совсем уж безумным – лучше бы он шубу свою бросил, ведь в холле вполне тепло, но на полу полно битого стекла. Ему, видимо, стало не хватать воздуха, и он поплыл вперед быстрее, путаясь в своей чудовищной шубе.
И мне следовало поторапливаться.. Передавать шланг еще раз было нельзя, мы и без того подпустили туда воды.
Наконец, я вынырнул.
Джинн уже был там, сидел на верхних ступеньках лестницы, полностью покрытых водой, и пытался отдышаться. Вдвоем мы выволокли Стилета и усадили его, прислонив к стене.
Ботинки ждали Айшеля, пристроенные в нише с противопожарным оборудованием, и он стал обуваться, а я осмотрелся по сторонам.
Пуппи мирно спал, положив циклопическую голову на передние лапы. Каждая была размером с небольшой автомобиль. Холл постигли еще большие разрушения, о былой роскоши ничто больше не напоминало. Вода стояла на полу по щиколотку, она вытекала наружу сквозь разбитые окна и пропитывала жухлый газон, желто-серый в это время года.
Там-сям в углах холла копошились огромные мыши и тараканы, выросшие до размеров кошки. Они были заняты поисками еды и не приближались к нам. Полагаю, в них еще остался некий рудиментарный страх перед людьми, сохранившийся с той поры, когда сами они были маленькими, а люди – большими и сильными. Но я старался на всякий случай не упускать их из виду. Ведь теперь ситуация здорово переменилась, и они больше не слабые и не крошечные.
За окном продолжали слоняться постояльцы, хотя их и стало меньше. Я увидел несколько группок на дороге, они брели между холмами в сторону населенных кварталов.
-Я вас еле нашел, - подал голос Айшель. – Признаюсь тебе честно, я абсолютно не ориентируюсь в вашем пространстве.
-Это я заметил, - признался я и покосился на Стилета.
Он лежал без сознания, похоже, подводная одиссея лишила его последних сил. Я склонился к брату, пощупал пульс у него на шее. Стилет был жив, но его состояние вызывало у меня серьезные опасения. Кроме того, я заметил, что один из шаров с эликсирами разбился, их было шесть, а теперь у лестницы плавало только пять. Чем это грозит, я не знал.
-А ты видел Агастеса?
-Видел, но он уже садился в машину, - кивнул Айшель. – Он казался ужасно разозленным. С ним был Нож и еще один из ваших. Повыше Ножа и страсть до чего здоровый.
-Это Топор, - кивнул я. – Как думаешь, они что-нибудь заподозрили?
-Вряд ли. К лестнице вообще не совались. Оценили масштаб разрушений, и все. Только Нож, как я и ожидал, сказал, что Стилет, конечно, погиб здесь. Он был беспомощен и не смог спастись. При этом он показывал вверх, на второй этаж. Намекал, наверное, что Стилет жил там.
-Хорошо. Хоть Стилет выпутался.
Джинн тем временем стащил свою шубу, уже совершенно ни на что не похожую, и повесил ее сушиться на перила.
-Зачем она тебе? – спросил я.
-Это символ моих побед, - совершенно искренне ответил Айшель, вытащил из кармана шубы куклу сновидцев, поцеловал ее и сунул обратно.
Я кивнул. Трофей, значит. Я не против, пускай хранит, раз так. На мой взгляд это даже романтично.
-Думаешь, Нож вернется? – с надеждой спросил он.
-Обязательно. Возможно, он уже лелеет планы, кому бы продать пса.

URL
2012-02-01 в 23:01 

Цадкиэль
Цифровая душа
Пуппи по-прежнему спал, утробно поскуливая и подергивая хвостом. Я был почти уверен, что кто-то подкинул ему окорок, начиненный снотворным. Даже готов был поставить на это сотню золотых. Я не азартен, но кто ж откажется от легких денег.
В углах продолжали копошиться ненасытные гигантские тараканы и мыши. Теперь их писк больше походил на звук свистка постовых миротворцев, и это было уже совсем не смешно. Кроме того, они начинали проявлять к нам некоторый интерес. А от существ, которых мучает постоянный голод, позитивного интереса к своей персоне ждать не приходится.
Постояльцы гостиницы боялись соваться внутрь и бродили бесцельно на некоторм отдалении. Кстати, людей на лужайке действительно поубавилось, подозреваю, что шустрые работники вернулись на своих авто и теперь развозили желающих по домам. Разумеется, за неумеренную плату.
За окном я уловил какое-то движение. Машина взбиралась по склону, но то был не автомобиль хозяина и, по всему судя, не машина Ножа. Он бы такую не выбрал. Маленькая, черно-лиловая. Модный дамский вариант. Но кто знает. На счет Ножа уверенным быть нельзя. И все же я склонялся к тому, что это местрисса Агата едет к нам. Хотя, возможно, возвращалась за следующим пассажиром очередная официантка или уборщица. Правда, машина была дороговата для неквалифицированной работницы.
-Кстати, - я приблизился к Айшелю и спросил шепотом, - почему ты не перенесся в дом Агаты, чтобы ее предупредить?
Он покосился на Стилета, который все еще был без сознания, и так же шепотом ответил:
-Я так не могу. Говорю же, не ориентируюсь я в вашем пространстве абсолютно! Я могу переноситься только в те места, где происходил вызов. Туда, где я оказывался, выходя из лампы, чтобы исполнить очередное желание какого-нибудь хозяина. Думаю, это происходит потому, что я ориентируюсь не как вы. Туда, куда меня вызывали, я могу перенестись в любой момент. Но я не могу посетить подземелья призраков, или дом Агаты, или Хмурую Хильду.
-Как странно, - призадумался я.
-Думаю, я этого не смогу никогда. Для меня и теперь все, как во сне. Существует только то, что видят мои глаза. А те места, куда меня вызывали, они вроде опорных точек. Только эти точки разбросаны по сотне моров. Я уверен, что вы видите мир не так же!
-Нет, совсем не так, - признался я.
-Я понял это, когда в первый раз заснул здесь и увидел свой первый сон. Думаю, сплю я как человек?
-Почти. Ты не дышишь, и сердце у тебя не бьется, а в остальном…
-У меня нет сердца, - улыбнулся Айшель. – В анатомическом смысле. Я имею в виду, я вижу сны, похожие на ваши. Когда не знаешь, что находится за каждой дверью и за любым поворотом коридора может оказаться все, что угодно. Со мной все время так. Я не знаю, где окажусь, даже если открываю дверь в комнату, в которой минуту назад был. Мне это не мешает, я ведь привык за триста лет. Но тебе, наверное, придется всю жизнь быть моим поводырем.
-Я охотно!
Вот теперь я обнял его, мокрого, холодного и в жалкой прилипшей одежде. Мне он таким все равно нравился. Может, даже еще больше. Айшель казался необычайно смелым и отважным в потрепанных модных шмотках, которые полностью утратили вид от пребывания в грязной воде. Теперь он выглядел, как настоящий герой. То есть – совершенно адекватно. Он ведь нас спас, разве не герой он после этого?
-А двери? – я вспомнил, как он открывал мне двери в чулане садовников и позднее, когда мы бродили по подземельям. Я спросил об этом, но Айшель только отмахнулся:
-Так ведь я просто становился дымом и просачивался в щели. Это не телепортация, а так – баловство.
И тут первые крысы решили выйти на тропу войны. О всяком случае, они слишком приблизились к нам и стали принюхиваться, а это не сулило ничего хорошего.
Мой пистолет намок и не мог больше стрелять. Тогда я вооружился багром, выпавшим из пожарного щита. Айшель сообразил, в чем дело, и подхватил лопату.
Ближайшую крысу я отшвырнул, остальные бросились было за ней, наверное думали, она издохла, и ее можно будет съесть. Но нет, она вскочила на лапы и снова направилась к нам, остальные последовали ее примеру.
Следующий удар нанес Айшель. Огромная крыса, отброшенная лопатой, летела красиво, будто волан. Потом шлепнулась о стену с отвратительным, каким-то резиновым звуком. Стоило ей приземлиться, как она поднялась и снова затрусила к нам.
Похоже, твари отведавшие дрожжей становились просто-таки неубиваемыми! Во всяком случае, малоуязвимыми.
Тем временем автомобиль приблизился. Я не упускал ее из виду, и теперь разглядел того, кто сидел внутри. Эта действительно была Агата.
Машину потерять было нельзя, но и Стилета бросать тоже не годилось. Похоже, нам с Айшелем грозила короткая, но опасная разлука.
-Сходи за ней, - предложил он, отбрасывая очередную крысу. – Я справлюсь, мне это даже нравиться. Выходит вроде какой-то спортивной игры. Да и за себя мне бояться нечего, я для них однозначно несъедобен.
-Стереги братишку! – согласился я и бросился в сторону выбитого окна.

URL
2012-02-01 в 23:04 

Цадкиэль
Цифровая душа
Она остановилась на стоянке, и бесприютные постояльцы «Харона» немедленно окружили автомобильчик со всех сторон.
Агата вышла, осмотрелась, не обращая никакого внимания на паникующих граждан вокруг, и поздоровалась со мной. Первыми ее словами были:
-Да, у вас тут действительно все прекрасно оформлено! Только, похоже, вы уже хорошо развлеклись без меня.
-В некотором роде, - проворчал я. – От машины отходить нельзя. Эти, - я кивнул на толкающихся людей, - тут же ее угонят.
Тут леди Флориан со своим сменным телом подскочила ко мне и заорала:
-Да кто ты такой! Что ты себе позволяешь? Мне немедленно нужно домой.
Со всех сторон завопили: «И мне!», «Я плачу!». Началась давка и голдежь. Агату оттесняли от дверцы, и кое-кто уже пытался забраться на место водителя. Я пустил в ход кнут, но не бил никого, конечно. Так, для устрашения. Я там был, будто дрессировщик на арене. Но люди же не собачки и не голуби, они намного тупее зверей и совершенно не поддаются дрессировке.
Я сказал:
-У нас раненый. Это за ним.
Агата сделала выразительные глаза, как бы спрашивая, правда ли это. А я кивнул в сторону холла:
-Там мой брат Сти… Стивен.
Она шагнула в направлении разбитого окна, но я остановил ее:
-Там в холле лежит огромный пес, вроде Цербера. Он очень огромный, очень, но к людям равнодушный. По крайней мере пока что он никого еще не съел.
-Ладно, я постараюсь осторожно, - кивнула она, доставая из сумочки миниатюрный дамский револьвер.
-Да, и еще там мыши и крысы. Они размером где-то с бульдога. Думаю, подросшие тараканы тебя на их фоне точно не испугают.
-Нет, - ухмыльнулась Агата. – После ходячих покойничков меня совершенно не испугают живые тараканы.
И она удалилась, невероятно элегантная в темно-бордовом костюме, туфлях на каблуках и изящной шляпке с вуалью. Я ее такой еще не видел. На руинах «Харона» местрисса являла собой совершенно фантастическое зрелище. Ведь все присутствующие, включая меня, были мокрыми, грязными и потрепанными.
Я проводил ее взглядом, продолжая отгонять от машины ретивых граждан. Все они поносили меня и проклинали, отчего я чувствовал себя очень неуютно.
Дело в том, что до сего момента я никогда не бывал в центре внимания такого количества людей. Я же все больше действую незаметно и тайно, это моя профессия. Усмирение разбушевавшихся толп не входит в круг обязанностей Умертвителя, потому я не имел никакого представления, что теперь делать.
Еще повезло, что поблизости не было ни Люция, ни Гиасцианы. Разумеется, они смотались первым же рейсом, не скупясь на оплату. Спешили, пока никто не раскусил чьих это рук дело. Врачу, думаю, не составило бы труда сообразить, чье открытие могло обернуться подобным образом. Так что Люций либо умчался домой раньше всех, либо лежал сейчас растерзанный и мертвый под каким-нибудь кустом. Третьего не дано. А Гиасциана, конечно, опасалась, что кто-нибудь признает в этой твари ее песика, потому тоже поспешила унести ноги.
Тут из недр «Харона» послышалось несколько выстрелов. Видимо, разросшееся зверье мешало местриссе ставить диагноз. А мне было интересно, возможно ли грохнуть дрожжевую крысу из обычного пистолета. Диском ее бы просто разорвало, это даже не любопытно, а как с простой пулей? Я с нетерпением ждал ответа. В общем-то терпеть пришлось совсем недолго.
Послышалось еще несколько выстрелов, потом появилась Агата, а за нею и джинн с братишкой. Агата волокла ноги Стилета, Айшель – плечи. Все шары, кроме одного они просто разбили к чертям собачьим. То есть не особенно себя утруждали при транспортировке пострадавшего.
Я в это время сидел на месте водителя, запершись в машине с плотно закрытыми окнами. Доктора и праздношатающиеся бывшие обитатели «Харона» достали меня совсем. Но со своего места я не очень хорошо видел, что там происходит - в холле и на лужайке. Толпа мне закрывала весь обзор. Ну, было там человек двадцать, однако мне с непривычки казалось, что меня обступают по меньшей мере пару тысяч зевак.
Я несколько раз посигналил, чтобы они расступились, и я мог подогнать машину прямо к окну. Даже отсюда было видно, как трясется и бледнеет Айшель. Мне совсем не хотелось, чтобы он уронил голову Стилета на битое стекло, а потом и сам лишился чувств. Для перетаскивания двух бездыханных тел у нас с Агатой просто не хватило бы рук.
Но вдруг люди как-то спешно брызнули в стороны, даже леди Флориан, до того колотившая в стекло кулаками. Я немедленно рванул вперед, давя колесами что-то крупное и мягкое. Конечно, я сразу сообразил – что это.
Да, Пуппи не мог покинуть холл отеля, если бы и хотел, однако мышам, крысам и тараканам пока ничто не мешало это сделать. Они устремились следом за моими спутниками и теперь растекались по лужайке.
Они ни на кого не нападали, во всяком случае – пока, но впечатление производили самое зловеще.
Тут уж люди полезли прямо на крышу нашей машины, и мне пришлось выбраться наружу и отбрасывать их прочь с помощью кнута. Другого выхода я не видел, хотя меня и мучила совесть из-за того, что я оскверняю свое любимое оружие о тела злобных обывателей.
Мы быстро пристроили Стилета и Айшеля на заднем диване. Джинн немедленно свернулся калачиком на полу между сиденьями и прикрыл голову руками. Выглядел он не очень, было видно, что даже такое непродолжительное пребывание вне помещения дается ему с большим трудом. Тут я подумал, что он, наверное, здорово привязан ко мне. Определенно, джинн влюбился в меня по уши – с какой еще стати он стал бы терпеть такие муки? Он, конечно, любит приключения, но нынешнее его положение захватывающим переживанием не назовешь.
В распоряжении моего братишки Стивена оказался целый диван, и Агата устроила его довольно комфортно. Под голову ему мы затолкали мокрую синюю шубу, а уцелевший шар пристроили на его животе.
Местрисса села за руль, а я – рядом с ней, и мы рванули с места сквозь толпу людей и зверей, из которых неизвестно еще, кто был опаснее.

URL
2012-02-01 в 23:06 

Цадкиэль
Цифровая душа
Глава 5
ПРИБЕЖИЩЕ

Стилет не приходил в сознание. Машину трясло, она скользила на корочке льда, покрывающей грунтовую дорогу. Я часто оборачивался назад. И братишка, и джинн вызывали у меня серьезное беспокойство.
-Стиву не хватает питания, - пояснила Агата. – Сознание отключилось для экономии энергии. Это что-то вроде глубокого-глубокого сна. Совершенно безвредно, и даже полезно. У большинства гомункулов предусмотрен такой механизм. На случай, если кого завалит под обломками дома, например, как бывает во время ураганов. Вы неделями можете так лежать, потому не волнуйся.
-И он не придет в себя, пока мы его не накормим? – уточнил я. Мне, кстати, понравилось, как она звала его – Стив.
-Вероятнее всего. Это ничего, в ближайшей аптеке я куплю все, что нужно.
-А ты знаешь, что нужно? – осторожно спросил я.
-Но я же аптекарь!
-Ах, да!
Я перегнулся через спинку переднего диванчика, чтобы посмотреть, как там Айшель. Он по-прежнему сидел, свернувшись, между сиденьями, уткнувшись лицом в колени, и молчал.
-Ты как? – спросил я, трогая его за плечо.
-Нормально, - ответил он, не поднимая головы. – Не думал, что смогу так. Вот я, в этой маленькой машинке, а кругом – поля, равнины…
-Кругом холмы, - поправил я. – И мы скоро будем в городе.
-Хорошо. Может, там полегче станет, - вздохнул он. – А вообще я молодцом, честное слово.
-Кто это устроил? – спросила Агата. – Этих огромных зверей и такой ужасный беспорядок? Неужели они так лампу искали?
-Лампу? – насторожился я. – У тебя дома искали лампу?
-Конечно! – жизнерадостно отозвалась она. – Очевидно, твои товарищи думают, что это вы ее стащили. Если она вообще была, в чем я здорово сомневаюсь. А так, где ее только не искали… Садовники снесли несколько теплиц и производственных помещений и вырыли котлован на их месте. В человеческий рост глубиной. И все это – голыми руками, осторожненько! Представляешь?
-Д-да, - запнулся я.
-И Псы туда же. Там уже весь район выглядит, будто пострадал от метеоритного дождя. По подземным коммуникациям лазят сотни добровольцев, призракам от них спасу нет. Ищут волшебную лампу, которая исполняет желания. Говорят, она была у главы вашей гильдии, но он ее потерял, растяпа.
-Врут, - подал голос Айшель.- Сказки все это.
-Мне тоже так кажется, - кивнула Агата. – Ни в одной описи артефактов такой предмет не упоминается. А у меня ведь имеются самые полные описи. Мне от призраков они достались. Туда включены даже предметы, изготовленные до того, как возник грозовой фронт – шестьсот лет назад, и восемьсот, и даже тысячу!
У меня от сердца отлегло. Но она продолжала:
-И то, что там, на арене – это тоже дело рук вашего главы гильдии, а? Не знаю, что там, но поговаривают…
-Скоро узнаешь, - перебил я. – Мы тебя затем и звали. Вот, свяжемся с моим братцем Ножом, он тебя введет в курс дела.
-А что там? – оживилась она. – Что?
И вводить ее в курс дела пришлось мне. Красноречием я не блещу, но в двух словах про тварь рассказал.
-О, это великолепно! – восхитилась Агата. – Эти некроштучки и для медицины хороши, и призракам пригодятся.
-Для медицины? – поморщился я.
-Не забывай о теневых фракталах. Тебе ли не любить некромедиину! Она ведь – часть тебя, Кнут.
-Не лучшая часть.
-Лучшая-лучшая. Не забывай, как она тебе жизнь спасла!
И молодость продлила – подумал я. Вдруг и из этой сороконожки что-нибудь путное выйдет?
Далеко впереди я увидел темно-синюю инкассаторскую машину.
Очень кстати, ничего не скажешь! Нашли время за выручкой ездить. Эта дорога вела прямо к «Харону», а я был уверен, что служащие прихватили, спасаясь, не только колбасу и сыры, но и денежки. Денежки даже в первую очередь.
Если бы они знали, что отель принадлежит главе гильдии Оружейников, они бы так не делали. Конечно, знай они всю правду, они не то что не сбежали бы, а стояли насмерть против дрожжей. Лучше пасть в бою с гигантским псом, чем отвечать за свои проступки перед Умертвителем.
-И все-таки меня тревожат делишки с этой мифической лампой, - признался я. – Это же нас напрямую касается. Мы, выходит, под подозрением. Теперь только высунься, и добровольцы нас просто на части порвут. Нехорошо.
-Видимо, лучше не высовываться, - пожала плечами Агата. – Добровольцы рыскают по всему городу. Некоторые даже обзавелись сканерами и просвечивают карманы прохожих. Но это теперь не очень эффективно. Волшебные лампы теперь продаются на каждом углу. Знаешь, как это бывает – некоторые умудряются делать деньги из любой глупости.
-Но нам же нужно найти врача для Стива!
-Я знаю надежного доктора, который сможет ему помочь. Ну, более или менее. Не даст ему умереть, во всяком случае, - сказала Агата. – И поблизости вполне можно спрятаться на какое-то время. Он, знаешь живет в…
-Стоп! – и я нажал на клаксон, привлекая внимание водителя инкассаторской машины.
Дело в том, что в этом хлыще в форменном темно-синем костюме я не мог не признать Ножа. Стекла в банковских экипажах хоть и сверхпрочные, но совершено прозрачные. Теперь, когда машины сблизились, я без труда разглядел того, кто находился внутри. Кроме того, он был один, а настоящие инкассаторы по одиночке никогда не ездят.

URL
2012-02-01 в 23:07 

Цадкиэль
Цифровая душа
Мы остановились, и Нож притормозил прямо рядом с нам. Мы трое: я, Агата и Нож вышли из машины, после чего состоялось церемонное знакомство. Я пояснил, что местрисса вкратце осведомлена на счет существа с арены и проявила интерес. Нож был удовлетворен. Я приметил, что Агата как-то сразу вызвала его доверие. Разумеется. Хоть она и некромантка, но на вид кажется куда более вменяемой, чем все вчерашние светила медицины вместе взятые.
Я сообразил, что закрытый фургончик отлично подойдет для перевозки Стилета, да и Айшелю очень понравится – там же ни одного окна.
Правда, когда я распахнул заднюю дверь, обнаружилось что небольшое зарешеченное окошко там все же есть, оно располагалось в перегородке, отделявшей кузов от кабины водителя. Так даже лучше, значит, мы сможем переговариваться.
Я быстро затолкал внутрь джинна, а потом мы с Ножом перенесли в кузов и Стилета.
-Поезжайте за мной, - распорядилась Агата. - Сперва остановимся у аптеки, потом поедем к моему доктору. Это у площади Девяти Лун. На улице Второй Луны, если точнее.
-Годится, - одобрил Нож без возражений.
Я запрыгнул в темный кузов и захлопнул за собой дверь. Айшель немедленно притиснулся ко мне. Натерпелся об сегодня, бедняга.
Мы тронулись в путь. Агата на своем милом некромантерском авто ехала впереди, а мы на инкассаторской машине следовали за ней.

***


Прошло не менее десяти минут прежде чем джинн начал реагировать на мое присутствие. Все это время я гладил его по спине и даже пытался нашептывать что-то утешительное. Похоже, он был в шоке, поскольку не реагировал никак.
Наконец, он прижался ко мне плотнее, потом запрокинул голову в полумраке кузова. Я видел его блестящие глаза, темно-зеленые, как малахит. Тут же вспомнилост почему-то, как он ел медные ручки комода. Ах, да, - медь. Малахит – это окислы меди, вот откуда такой цвет глаз.
Я осторожно коснулся губами его виска, высокой точеной скулы, уголка губ. Джинн реагировал, похоже, окончательно пришел в себя. Он обвил руками мою шею и припал к моим губам в долгом поцелуе. Великолепно, сие означало, что он в полном порядке. До этой поры он ни разу не прикидывался и не источал ласки для видимости.
-Ты как?
-Ну… - Айшель задумался. – Вообще-то очень плохо. Я же надеялся, что это пройдет или хоть чуть лучше станет после крыши Хильды. Нет, не лучше.
-Было очень страшно? – попытался посочувствовать я.
-Не то чтобы страшно, нет. Это как-то по-особенному. Я не пугаюсь, когда оказываюсь на открытом пространстве. Просто возникает ощущение, будто мое сознание расплывается и гаснет, понимаешь?
-Да, - соврал я. На самом деле мне с трудом представлялось, как это.
-Этого-то я и пугаюсь. Не могу понять, где я, не ощущаю своего тела и не контролирую движений. Будто во сне. Знаешь, бывает так, когда во сне существует как будто только твое зрение. Ты видишь происходящее, а самого тебя нет.
-Да, такое случается, - согласился я. Мне самому в таких снах никогда не делалось страшно.
-Неприятно это, я хотел бы как-то вылечиться, что ли…
-Может, со временем, - ободрил я его. Хотя, эти ощущения не походили на описания агорафобии из книжек, значит, то была вовсе не она. Скорее всего, мы имели дело с очередной особенностью его восприятия, которая едва ли лечиться.
Ничего, я потерплю, приспособлюсь. Лишь бы он был со мной.
Нож молчал, наверняка прислушиваясь к нашему шепоту. Но мы замолчали, и, минуту спустя, братец подал голос:
-Эй, как там Стилет?
-По-прежнему, - ответил я. – Время от времени проверяю его пульс, но изменений нет. Похоже, он глубоко спит, как и говорила Агата. Такой вот у нас механизм. На случай стихийных бедствий.
-Шутничок, - проворчал он. – Вы этого доктора лично знаете?
-Не-а, - беззаботно ответил джинн. Он уже полностью оклемался.
-Плохо. Ну, ладно… мои-то врачи теперь уволены. Как вы понимаете, для Хозяина Стилет мертв. Легко было его отмазать, не понадобилось даже трупа. Я соврал, что по данным надежного человека, он провалился в шахту лифта со всем своим оборудованиям, когда начало замыкать. Конечно, что ухнуло в ту шахту, да еще с потоками воды, то уже ищи-свищи.
-Хорошо вышло, - согласился я.
-Это-то хорошо, но доктора, которые Стилета лечили, уволены. Теперь его никто из знакомых не должен видеть живым. А этот неведомый врач меня здорово беспокоит. Учитывая увлечения нашей прекрасной местриссы, как бы он не потчевал пациентов толчеными зубами мертвецов, или что там еще у них в ходу, у некромантов.
-Не знаю точно, но толченые зубы – наверняка детский сад.
-Этого-то я и боюсь.
Правда, когда мы остановились у аптеки, Агата вынесла вполне обычные пузыри с пиявочными инъекторами, ничем не отличавшиеся от тех, к каким Стилет бы подключен до этого.

***

URL
2012-02-01 в 23:07 

Цадкиэль
Цифровая душа
Ехали мы долго, поскольку площадь Девяти Лун с отходящими от нее улицами находилась на значительном расстоянии от «Харона». Но петлять не пришлось, Агата хорошо знала дорогу.
Идея укрыться в районе алхимиков показалась мне весьма удачной. В первую очередь потому, что я хорошо знал все коммуникации поблизости. Ведь именно там, только на улице Девятой, а не Второй Луны я появился на свет. В огромном здании под названием Госпиталь. Там мой Отец и Учитель, теперь наверняка покойный, изготовил меня, Стилета и Струну, а ранее – и всех прочих Умертвителей. Только Нажа, как я думаю, создавал его предшественник.
В районе Площади Девяти Лун прошло мое детство, каким бы оно ни было. Кроме того, там ошивалось несметное число гомункулов. Больше только в Квартале Мучительных Страстей. То есть, я легко смогу затеряться в толпе, если потребуется.
И Айшелю там должно понравится. Во-перых, добрая половина квартала находится под землей. Надземные части зданий занимают жилые помещения и магазинчики. А самое интересное упрятано под поверхностью. Лаборатории, склады, операционные, анатомические театры, зверинцы, кунцткамеры, храмы запрещенных сект и мрачные иллюзионы. И везде очень рады посетителям. Любителей на такие зрелища поменьше будет, чем на жизнерадостный разгул Квартала Мучительных Страстей.
Во-вторых, там Айшель сможет найти, кроме прочих поучительных занятий, библиотеки и лектории. Он ведь обеспокоен личностным ростом. Пожалуйста, умница мой! Там он получит все перечисленное и даже больше, не поднимаясь на поверхность.
По дороге я излагал моему возлюбленному все это, сулил разнообразные радости и удовольствия до тех пор, пока совершенно не вывел из себя Ножа.
-Да ты, оказывается, болтун! – прокомментировал он. – Вот чем ты удерживаешь своего сладенького дружка – заурядными посулами!
-Ну, я не склонен все усложнять, ты же знаешь. Зачем искать трудных путей, если заурядные посулы прекрасно работают?
Айшель расхохотался. И тут пришел в себя Стилет:
-Эй, где я? Куда вы меня тащите?
-Долго объяснять, - бросил Нож.
-Нет, ты уж постарайся! Я имею право знать. А, если нет, верни мне пистолет!
-Он у вас, как я погляжу, совсем распоясался, - беззлобно проворчал старший из Умертвителей.
-Мы, как устроимся на месте, расскажем тебе самое интересное, - пообещал Айшель.
-Нет, расскажите все!
-Ну, многое же ты и сам видел. А самое интересное – это то, что ты проспал.
-О! – сокрушенно застонал Стилет. Ведь он, бедняга, потерял сознание прежде, чем успел толком разглядеть хотя бы Пуппи.
Наконец, мы свернули в тоннель – в подземную часть улицы Второй Луны. Надземная ее часть пешеходная.
Свет в кузове померк, мы притихли. Через несколько минут Нож затормозил и выскочил из машины. Я последовал за ним, оставив заднюю дверь инкассаторской машины открытой. Теперь мы находились под землей, в широком, но очень низком коридоре. Мимо проезжали редкие машины, груженые мешками, бочонками и металлическими контейнерами, а мы остановились у обочины – в специальном кармане.
Айшель выбрался следом за мной и принялся вертеть головой, разглядывая светильники в виде стилизованных планет, укрепленные в потолке.
-Вам сюда, - Сообщила Агата. – За эту дверь.
-А ты не пойдешь? – насторожился Нож.
-Нет, доктор…он просит, чтобы его звали Знахарь… терпеть не может людей, особенно чистых. Просто на дух не переносит. Он врач только для гомункулов. Боюсь, как бы он не пристрелил меня с порога, у него наметан глаз.
-Миленько!
-Нет-нет, тебя он точно за человека не примет. Я ж говорю, у него глаз наметан. Тебя даже я за человека не принимаю.
Лицо Ножа не выразило никаких эмоций, как всегда, но я почувствовал, что местрисса немало его огорчила. Он был убежден в силе препаратов, изменивших его наружность.
-Это место, вся нижняя часть улицы, называется Пристанище. Тут есть помещения, куда никогда не ступала нога человека. В смысле, не алхимического существа. Я даже и не представляю, что в них. И дорого дала бы, чтоб узнать, - она вздохнула. – Ну вот, вы на месте. А как же арена?
-Через час, - сказал Нож. – Ровно через час я буду в трактире «Конечности», это почти прямо над нами.
-Договорились.
Агата раскланялась и пошла к лестнице, оставив машину, ведь наверху нельзя было ни ездить, ни парковаться. По пути она обернулась:
-Айшель, тебе бы лучше со мной…
-Мы тут с Кнутом погуляем, - сказал он.
А я надеялся, что мы сможем его выдать за своего. За алхимическое создание, глотнувшее тех же тинктур, что и Нож. Вдруг выйдет?
Но – не вышло.
Дверь перед нами открылась внезапно, спустя секунд десять после того, как я подергал шнурок.
На пороге стоял гомункул, постом с мальчика лет двенадцати. Но он, несомненно, был не просто взрослый, а древний. Однако одряхление не размягчило его скелет и не повлияло на координацию движений.
Его руки оказались уродливыми, узловатыми, с чересчур утолщенными суставами. Присмотревшись я увидел, что его локти и колени также утолщены. Они уродливо топорщились под одеждой. Руки и ноги его были совсем худыми и рахитичными, живот – впалым. Но он все равно не производил впечатление старого и больного. Одет Знахарь был в мешковатую рубаху не первой свежести, штаны из пестрого ситца и остроносые башмаки.
Его лицо имело мертвенно-серый цвет, но оказалось очень подвижным. Маленькие умные глазки блестели злобно. Тонкие белые волосы разметались по плечам в беспорядке.
-Этого вносите, - сказал он, кивая на Стилета. – О! А это у нас что?
Он бесцеремонно схватил Айшеля за волосы своей отвратительной покореженной рукой, заставил джинна пригнуться, подтащил его лицо к своему:
-Брови, ресницы и волосы – синтетика, - констатировал он. - Чтобы так отполировать кожу, надо было с рождения купаться в тинктурах.
И Знахарь брезгливо оттолкнул джинна, да с такой силой, что Айшель едва не упал, мне пришлось поддержать его.
-Пошел вон, бывший чистый мальчик! – процедил Знахарь сквозь зубы. – Ко мне таким нельзя. Хотя в тебе и меньше человеческого, чем в нас!
И он злорадно захохотал.
Но, несмотря на все это, доктор гомункул вызывал у меня полное доверие. У Ножа, похоже, тоже. Ведь все странности в его внешности могли объясняться только теми препаратами, которые он пил, чтобы продлевать свою жизнь.
Нож взял Стилета на руки, а я подхватил было пару шаров, но тут Знахрь подскочил к нам и брезгливо посрывал пиявок с тела пациента:
-Это ему не понадобиться. Дешевка. Как вас там?
-Я – Нестор, а это Стивен, Айшель и Курт.
Курт? Великолепно, я бы лучше не придумал. Вот для чего нужны старшие братья – чтобы в трудную минуту соврать что-нибудь умное!
-Как бывшего чистюлю звать, мне все равно. А ты, Нестор, здорово отравил себе печень, чтобы получить такой цвет лица. Идиот! Надо было сразу ко мне. Это не краска, это желтуха от вторичного гепатита! Вноси Стиви, я вами займусь. А вы гуляйте, голубки.
И он втолкнул Ножа со Стилетом на руках внутрь, а перед нами просто захлопнул дверь.
-Он мне даже понравился, - прокомментировал Айшель. – Но, неужели я так плохо выгляжу?
-Наоборот – слишком хорошо, - ответил я абсолютно искренне. – Все эти тинктуры, в потреблении которых он тебя подозревает, люди пьют, чтобы стать красивыми, а не наоборот. Это вещества, которые позволяют выглядеть очень, очень хорошо. Правда, не долго.
Айшель удовлетворился этим ответом. Нам надо было бы дождаться Ножа, узнать у него, как там устроился Стилет и получить дальнейшие распоряжения.
-Стоит переодеться, - сказал Айшель. – Сейчас я тебе и мне что-нибудь подберу, погоди.
И он исчез. Я не останавливал его, конечно, джинн был прав. Его прежде роскошная шелковая рубашка теперь стала похожа на тряпку, а кожаные штаны изрядно покоробились. А я и вовсе ходил в костюме нашей гильдии. Эта одежда, конечно, не рвалась и не пропускала ток, зато выдавала меня с головой.
Айшель возник передо мной в снопе золотистого сияния. На нем были узкие темно-зеленые брюки, модные ботинки с квадратными носами и золотистая рубашка. Драгоценности остались при нем, и придавали облику Айшеля просто умопомрачительный вид.
-Держи, переодевайся, - он протянул мне стопку одежды и туфли, а сам стал рыться в карманах своей шубы. Оттуда он извлек куклу сновидцев и футляр со Ста четырнадцатью пальцами.
Я удивился. Мне казалось, артефакт лежит в ящике комода в номере «Харона». Именно там я видел его в последний раз. Даже радовался, что эта дрянь безвозвратно потеряна. Мне и в голову не приходило, что некромантерский фетиш можно выгодно продать.

URL
2012-02-01 в 23:08 

Цадкиэль
Цифровая душа
Джинн принес мне белую рубашку, удлиненный черный френч и строгие брюки. В таком наряде я походил одновременно на аптекаря и священника. Прекрасный выбор, на самом-то деле. Богатые хозяева часто наряжают своих алхимических любимцев самым причудливым образом. Мне бросилось в глаза, что туфли здорово напоминали те, что любит носить Агастес. Однако, одежда, конечно, была не из его гардероба – глава нашей гильдии человек дородный, упитанный, а мой костюм был мне в пору.
В такой дорогой добротной одежде я становился почти неуязвим для честных граждан. Тронь меня, и придется платить огромный штраф.
Я достал из карманов униформы пистолет и лампу, рассовал их по карманам, а тонкий гибкий кнут обернул вокруг пояса под френчем.
Теперь мы были готовы продолжать наши приключения. Хотя мне никаких приключений не хотелось. Я мечтал о тихом гостиничном номере с большой мягкой кроватью, о теплой ванне и хорошем обеде. На самом-то деле я любитель простых радостей и абсолютно равнодушен к острым ощущениям.
Но у джинна глаза горели, он так и зыркал по сторонам. Чтобы отвлечь Айшеля, я притянул его к себе, стал потискивать его, целовать и обещать всякие приятные увеселения, когда мы сможем уединиться. Это сработало. Я даже смог удержать его при себе до появления Ножа.
Мой величественный братец Нестор возник на пороге в сопровождении Знахаря. Оба выглядели вполне довольными, видимо, цена услуг устроила обоих.
Нож вышел к нам, а доктор снова демонстративно захлопнул дверь перед носом Айшеля.
-Ну как? – спросил я.
-Нормально. Пока тут побудет, дальше придумаем что-нибудь. Он тоже не может вырастить новый желудок.
-Ясно.
Тут мой братец окинул нас взглядом:
-Вы переоделись? Мне тоже нужно нормальная одежда! У меня же деловая встреча с самой местриссой Агатой. Кнут, дружище, отдай мне твой костюм на часок.
-Ты выше меня. Он будет короток.
-Ну, он не только короток, он еще и слишком чопорный для меня. Но, за неимением лучшего, сойдет. Не идти же мне так – будто я какой-то жалкий служащий из инкассаторской конторы!
-Ты хуже – ты искусственный слуга, и она тебя раскусила, не забыл? – отозвался я.
В жизни не видел Ножа таким нервным и таким капризным. Даже подумалось – не накачал ли его Знахарь какими-нибудь оглупляющими препаратами?
-Я могу принести другой костюм, более или менее по размеру, - сказал Айшель.
-Да! Да, это совершенно необходимо!
Разумеется, Нож получил наряд, не хуже наших. Айшель даже объяснил – откуда все это.
-Ваш Агастес однажды вызвал меня в подсобке большого магазина. Специально для того, чтобы я мог таскать ему оттуда что-нибудь. Экономил, понимаете?
-Молодец наш папашка, - одобрил Нож, поправляя галстук. – Погуляйте часок-другой. Встретимся здесь же. Пока гостиницу себе присмотрите поблизости.

***


И мы побрели к следующему ответвлению тоннеля, в поисках заведений, куда могут пустить нас обоих.
Мы свернули в пешеходный коридор, отделанный изразцами, тяжелыми и архаичными на вид. Они отливали зеленью и синевой. Коридор освещался квадратными светильниками на стенах, имитирующими открытые дверцы печей. Там, за декоративными решетками и толстым слоем стекла горел огонь. Не настоящий, конечно, просто имитация. Но отблески его отбрасывали на стены причудливые дрожащие тени.
По обе стороны коридора попадались двери и широкие арки, ведущие в подземные заведения. Народу было совсем мало, в основном – местные жители, алхимики и золотых дел мастера. Многие из них дошли до того в своих экспериментах, что их тела теперь страдали от солнечного света, и им приходилось жить под землей. Потому-то тут и вырос этот квартал с магазинчиками, кафе, библиотеками и мрачными развлекательными заведениями.
Неспешно мы добрели до самой площади Девяти Лун. Здесь коридор был выложен мозаикой и подсвечивался имитациями газовых рожков. В центре подземной площади находился колодец. Вода стояла, отделенная от нас толстой прозрачной стеной. В ней плавали монетки, казавшиеся легкими, как перышки. Они кружились и медленно опускались ко дну.
-Под нами станция метро площадь Девяти Лун. Мы там были с тобой, - пояснил я.
-Ага, - джинн с благодарностью заглянул мне в глаза. – Ты всегда говори, где тут что. Я ведь не ориентируюсь.
-Буду говорить. Я теперь твой поводырь, верно?
И мы остановились там, среди странных мозаик и дрожащего оранжевого света. Я взял Айшеля за руки, притянул к себе и коснулся губами его губ. Он радостно прильнул, отвечая на мой поцелуй. День у нас выдался непростой, да и вчера вечером все не по плану пошло. В смысле, он слишком рано уснул, и мы ничего не успели.
-Я всегда мечтал жить в этой части города, - сообщил я, отрываясь от его губ. – Среди всех этих алхимиков и шарлатанов. Тут мрачно, но красиво, и вообще есть на что посмотреть. И чистые сюда редко заглядывают, а я же их тоже недолюбливаю. Ну, не то чтобы сильно, но больше люблю находиться среди своих. А еще больше я, конечно, люблю проводить время с тобой.
-О, Могущественные Джины! – промурлыкал Айшель. – Мне тут тоже очень нравится. Я мало что видел пока, но то, что видел – очень загадочно и красиво.
-Я тут подумал… Здесь повсюду пары кислот, ртути и соли тяжелых металлов. Потому люди эти места и не жалуют. Ну, не считая алхимиков. Но в них, как метко заметил Знахарь, меньше человеческого, чем во мне. Так вот, я подумал, может и ты не боишься агрессивных сред и всех этих ядов… Ты как-то говорил…
-Не боюсь, будь уверен. Я их ем, я тогда не преувеличивал.
-Может, однажды поселимся здесь?
-М-м, да. Да! Да! Давай поселимся здесь, вдвоем, и будем веселиться ходить в разные загадочные места и заниматься всякими приятными вещами, - обрадовался Айшель и немедленно повис на моей шее.
-Тогда надо начать присматривать жилье уже прямо сейчас. Нет, я не говорю, что мы прямо сейчас можем спокойно и счастливо зажить в своем доме. Счастливо – можем, а спокойно – едва ли. Это я так, на будущее…
-Ага. Давай на будущее… - согласился он, отпуская меня.
И тут я услышал чей-то шепот за изгибом коридора. И увидел руку незнакомца, в которой был зажат небольшой портативный сканер, предназначенный для определения металлов на приличном расстоянии.
Я думал, что Агата на счет добровольных лампоискателей со сканерами несколько преувеличила. Это было бы уже слишком. Но было же! Вот, прямо тут. Какой еще металл надо искать здесь, в квартале алхимиков, вооружившись столь замысловатым оборудованием? Тут же любой металл и сплав можно купить по сходной цене. И любую магическую штучку – тоже.
В общем, нам опять испоганили всю романтику. Уже не в первый раз. Я злился и спрашивал себя, когда, наконец, мы останемся вдвоем и никто нас не потревожит.
Было слышно как три человека перешептываются там, за изгибом коридора. Мой слух улавливал их голоса, и я без труда понимал, о чем они говорят, хотя человеческому уху такой тихий шепот был бы не слышен. В очередной раз я возблагодарил своего Отца и Учителя за заданные признаки, которыми он меня щедро наделил.
Заодно выяснилось, что слух джинна не острее человеческого, и он не ощущает присутствия чужих поблизости.

URL
2012-02-05 в 18:32 

Лютый зверь
Я то, что я есть
:hlop::hlop::hlop: Отличная история)
Стиль изложения значительно улучшился к концу)

2012-02-05 в 18:34 

Цадкиэль
Цифровая душа
Лютый зверь, надо мне повнимательнее вычитывать, тогда стиль изложения будет приличным и ровным. Спасибо. Буду дальше работать.

URL
2012-02-05 в 18:51 

Лютый зверь
Я то, что я есть
Не переживай, косяки, сколько их не вылавливай, все равно остаются. А незначительные ошибки в начале... ближе концу таких почти нет. Ну, типа И я понял, что, наконец, попался. вот тут уместнее использовать "все-таки", а то получается, что он рад попасться. Еще момент, который ты упустил. Там, где описывается во что джин переоделся в первый раз, есть недочет: из под шубы до пят герой умудрился разглядеть брюки и майку. Но это, по-моему, единственный раз.
А вообще здорово: живо, динамично, эмоционально и под конец герои более самостоятельные. Очень понравился юмор, ненавязчивый и к месту, но от этого только выигрывающий. Сцена поимки сороконожки веселила до колик :vo: Очень нравятся описания: коротко, емко и видна картинка.
А вот НЦа при таком насыщенном и динамичном сюжете даже не особо и нужна. Столько всего интересного и яркого, что в дополнительном завлечении читателя нет нужды))) Хотя я НЦу люблю)) *потирает руки* Так что я только выиграл от того, что она есть)пушистый тапочек

2012-02-05 в 21:04 

Цадкиэль
Цифровая душа
Вот только... нафиг член называть орудием или инструментом? Как-то по-девчоночьи...
Это же смешно.
Нет, может, не всем смешно, но я ржу.

URL
2012-02-05 в 21:08 

Лютый зверь
Я то, что я есть
Ага) Ясно, авторский юмор) Сам иногда так прикалываюсь)))

2012-02-05 в 21:12 

Цадкиэль
Цифровая душа
Лютый зверь, вот-вот.
Причем, в жизни я бы постеснялся так сказать. Не то чтобы это пошло, как раз нет. Просто слишком на мой взгляд смешно. Так сказать, например, о себе - невозможно :hang: . Такой паскудный детский стеб. :write:

URL
2012-02-05 в 21:17 

Лютый зверь
Я то, что я есть
Я понимаю))) Ну, если не хулиганить в процессе, то писать бывает скучно)
А вообще невозможно предугадать реакцию читателя) Всегда удивляют выбором "ярких моментов"))))

   

АНГЕЛ ДАННЫХ

главная